Именно так — центром партии — именовали Ким Чен Ира в северокорейской прессе с середины 1970-х. Я не знаю, почему этот процесс в Москве не тормознули до меня; скорее всего, из-за плохих отношений с Пекином, с которым просто не получилось выстроить согласованную линию в этом вопросе. Брежневское политбюро опасалось, что Корея банально «уплывет» в сторону Китая, и, конечно, это было ошибкой.
Я бы посмотрел на Пхеньян, который порвет отношения с Союзом ради того, чтобы стать сателлитом Поднебесной: китайцы-то в этом плане куда как более прагматичные. Они бы забесплатно снабжать союзника ресурсами не стали бы, наоборот, попытались бы выжать северокорейцев по возможности досуха. Собственно, они и не стали — в нашей истории — китайцы, имея 10–20% роста экономики в год, спокойно смотрели, как в начале 1990-х КНДР накрывает кризис и голод с десятками тысяч смертей от недоедания, и ничего особо не сделали. Так что смена Москвы на Пекин в качестве главного «покровителя» в Пхеньяне могла бы привидеться только в страшном сне.
Так что тут — как, впрочем, и во многих других случаях — наши руководители отправили мяч в аут. Произойди этот разговор на десять лет раньше, всё было бы гораздо проще.
— Нет ничего проще, — я кивнул. Провернуть фарш обратно уже было бы достаточно сложно. — Ким Чен Ир вполне может занять номинальную должность «центра партии». Народного любимца и символа преемственности власти, неизменности выбранного курса. Вот только она, эта должность, не должна давать всю полноту власти. Это неприемлемо. Если КНДР желает отбросить идеалы коммунизма и строить феодализм с наследственной властью, то, боюсь, это может сильно ударить по нашим взаимоотношениям.
В комнате на некоторое время повисла тишина. Корейский лидер явно был не готов к тому, что СССР и Китай найдут по этому поводу общий язык. Ну и, конечно, мы заранее, приглашая корейцев на встречу для обсуждения экономических вопросов, даже не намекали на обсуждение этой болезненной темы.
— И как вы видите систему власти в Корее? — От волнения акцент Ким Ир Сена как будто стал еще сильнее. Не хватало, чтобы старик прямо сейчас тут загнулся от сердечного приступа — проблем потом не оберешься.
— Мы исходим из принципа коллегиального управления. Ким Чен Ир может оставаться лицом партии и продолжать курировать вопросы безопасности. Однако он не должен руководить Центральным военным комитетом, заниматься текущим экономическим управлением страны и быть номинальным Генеральным секретарем ТПК и Президентом. В целом, мы не собираемся давить на вас, предлагая какой-то конкретный вариант: это внутреннее дело КНДР. Однако, повторюсь, наследственная передача власти, установление монархии в стране нас не устраивает. — Кореец дернул щекой, но, надо отдать ему должное, сумел сохранить лицо и сдержать удар. Ну а я продолжил поддавливать: — Без этого всё, о чем мы разговаривали в течение предыдущих двух дней, не имеет смысла.