— Мари, без разницы, где находиться полк. Не имеет значения сколько вёрст от Москвы. Важно, подполковник Кирилл Ланин, мой внук! — будет командовать полком! И если проявит себя, через год-два получит звание полковника. Потом бригадира. А там и до генерала недалеко! Мне император — обещал!
— Господи всемогущий, дай мне силы пережить! — запричитала несчастная. Слезы ручьём хлынули из глаз раздавленной горем матери. — Это же надо! На старости лет. Учудил! Единственного внука. Кирюшу. Кровиночку. Самолично. Отправил в ссылку. И Куда? Даже не в пригород. Не в Москву. А к чёрту на кулички. В какое-то поселение. Какую-то Коломн- У . Почти на каторгу. Боже? Боже! Что делать? Я не переживу! За, что мне всё это? А ведь всего-то хотела попросить денег?
— Успокойтесь, сударыня! — генерал твердо стоял на своём. — Поймите, мне осталось недолго. А для меня главное — увидеть внука генералом. И я увижу! Чего бы мне это ни стоило.
Все было тихо на «большой» Московской дороге, скучной и единообразной в сравнении с другими дорогами и окрестностями Петербурга. В холодной синеве неба висела луна. Её крупный диск был так чист, будто его заново отполировали и выпустили на волю. Распряженные кони мирно подрёмывали недалеко от кареты. Чуть в стороне два путника уставившись глазами в костер, вели беседу.
— Эх, братец! Знал бы ты какой господин у меня боевитый! — хвастался денщик, лобастый белокурый парень с широким веснущатым лицом, обычному крестьянину вознице. — Только за последний год! — он деловито поднял палец вверх. — Князь стрелялся больше двадцати раз. Как, что не по его, сразу хватается за пистоль и тут же стреляет! Да так точно, что диву даешься. Стрельнёт раз, а дырок бывает две, а то и три. А один раз я насчитал цельных пять! Подхожу, смотрю — Батюшки светы. Покойник весь в дырках — как решето.
— Да, ну… — не поверили рассказчику.
— Точнёхонько тебе сказываю. Крест истинный, видишь! — денщик перекрестился. — Их высокоблагородие — сущий дьявол! Вот, ты, например, умеешь считать?
— Не особо.
— А я, умею. И своими глазами видел: Десять человек застрелил вусмерть, семь покалечил, ещё пятеро испугавшись смертушки, приползли извиняться на коленях. И это только ча за год. Ох, ловок Кирилл Васильевич. Не успеешь моргнуть, а он уже достал пистоль и пуляет во все стороны. Да, так справно! Бах… Бах… Бах…
— Бабахх!!! — раздался громкий выстрел в карете.
— Во, — махнули головой в сторону повозки. — А я, про что говорю. Чуть, что — сразу стреляет!
Несколько минут до произошедшего события.