Но все еще не дотягивал даже до госпожи Бланшт, тех рыцарей, убивших Скайдера, или любого из компании братцев-зверят. Словно бы я уперся в стеклянный потолок, но так и не смог понять, как его разбить.
С артефактами была та же проблема. Плащ и ботинки тоже имели свой предел насыщения. Как я понял, дело в материале. Плотная кожа могла напитаться примерно до пятого ранга. Остальная моя одежда была примерно третьего. Металл впитывал гораздо больше, так что я направил всю энергию в сверток, закрепленный на спине.
И даже он достиг своего предела, остановившись примерно на восьмом ранге.
Впервые я дошел до того, что мне некуда поглощать эйб при погружении. Пришлось просто наблюдать, как волны энергии бьются и отскакивают от меня. Из жадности снова попытался впитать капельку, но тело и разум отозвались острой вспышкой боли, так что я чуть было не потерял сознание. И так каждый раз.
Когда пытался упорствовать, просто отрубался вместе с Четвергом, а просыпался через пару дней в луже собственной крови. Но я упертый, так что прекратил лишь после третьей попытки.
Вынырнули из глубины, я спокойно «доплыл» до твердой поверхности и аккуратно втащил девушек. Тут же рядом оказался Тейлор, который принялся помогать семье. Я думал, что обеих будет колбасить, как это бывает всегда в первый раз, но мелкая на удивление выглядела бодрой, хотя для ее пропорций эйба хлебнула будь здоров. Но я видел, что распределилось все хорошо и равномерно, а это главное.
Зажег сразу пару светлячков. Теперь мне даже не нужна была зажигалка, программу создания огня поглотил уже давно. А Четверг потом ее частично расшифровал и изменил параметры на противоположные. Так что я теперь мог создавать область как высокой, так и низкой температуры. Но именно область, стрелять фаерболами пока не умел. Да и не надо как-то.
Огляделся вокруг. Похоже на складское кирпичное помещение без окон, но с очень высокими потолками. Привалился спиной к коробу и уселся ждать. Сейчас дама придет в себя и отправимся. Они в Прайм, я — на второй слой глубины.
Почему-то от мысли о скорой встрече с братцем-кроликом у меня мурашки бежали по коже.
— Рейн, — послышался встревоженный голос Тейлора. — Мне это не нравится.
Я не сразу понял, что он говорит о трех десятках гладиаторов, которые о чем-то напряженно спорили, то и дело поглядывая в нашу сторону. Затем от них отделилась группа в десять человек, которые направились к нам.
Где твое кожанолюбие?
— Рейн, — с тревогой в голосе повторил Тейлор.
Я оглядел толпу гладиаторов, которые о чем-то спорили в стороне. Матерые, мускулистые, руки и лица все в шрамах. Все поголовно спириты тела.