— Работает на эйбе, но заряд на критически низком уровне. Дальше этого зала добраться не могу, остальной контур нарушен.
— Есть информация, что это за место?
— Центральный процессор вне зоны доступа. Я могу работать только в рамках теплицы и смотровой. Чтобы подключиться к общей системе, нужно устранить повреждения в контуре. Короче, где-то рухнула важная стена или потолок, не знаю. Надо искать.
— Забей, давай работать с тем, что есть. Если это наблюдательный пункт, значит, они что-то изучали. Должны быть какие-то записи.
Аппаратура в смотровой начала мигать индикаторами, сигнализируя о начале работы. Я же плюхнулся в довольно удобное кресло на колесиках, подняв тучу пыли.
Рядом злобно зарычал Суббота.
— Мое кресло.
Рычание усилилось, а шипогрив припал к полу, готовясь к прыжку.
— Твое кресло, — вздохнул я, вставая.
Монстр тут же запрыгнул в него, конструкция жалобно скрипнула и развалилась. Впрочем, пса это полностью устраивало, так что он немного покрутился и улегся одновременно на сиденье и валяющейся рядом спинке. Тут же раздался скрежет безжалостно уничтожаемого манипулятора, который он так и не выпустил из пасти.
— Босс, — отозвался Четверг. — Есть файлы с голозаписями.
— Врубай.
Я вышел обратно в теплицу, которая уже расчертилась галопроекцией дополненной реальности. А с учетом того, что работало лишь два проектора, остальное Четверг дорисовывал сам прямо у меня в голове.
Я впервые увидел, как работает артефакт ключ-карты. Прямо в стене появилось черное пятно, которое начало разрастаться во все стороны, превращаясь в чернильный круг. Даже вглядываться не нужно было, чтобы понять.
Это та же самая материя, что и в колодцах. Точно так же бурлила, но не стекала на пол, словно гравитация ее игнорировала напрочь. Через несколько секунд материя стабилизировалась, став плоским зеркалом. Еще через пару мгновений от поверхности отделился большой сгусток, принявший очертания человеческой фигуры.
Фигура сделала шаг вперед, словно пытаясь оторваться от остальной поверхности. Но вместо этого материя просто стала неохотно отлепляться, возвращаясь, а под ней обнаружилось знакомое лицо.
Зиндай постепенно вышел из зеркала полностью, а следом за ним и остальные дайверы Дельта-Четыре. Большинство из них я видел. Кого-то мельком в городе, остальных уже возле горящего поезда. Странно было вновь наблюдать, как люди ходят, говорят, двигаются, хотя я помню вид их застывших тел.
Дальше шла пара минут, сдобренных отборным матом диалогов. Говорил в основном Зиндай. Вернее, раздавал приказы. Вся его толпа головорезов бросилась врассыпную обследовать комплекс.