Соратники пришли полностью готовые к рейду за барьер. Привели с собой Яна и тощего тормозного квазика, которого когда-то спасли за периметром и совсем недавно со скандалом вернули из загребущих лап куркуля-Лациса. Опытным путем выяснили, что сорколин знаком с воинским ремеслом на удовлетворительном уровне, с обязанностями копейщика и щитовика должен справится. Бездоспешного Яна сегодня пригласили для массовки, когда-то однажды пообещав ему участие в настоящем деле. Чем больше бойцов, тем лучше, и снаряжение для Яна имеется.
Начали с азов. Всех троих заставил немедленно усвоить сферы с сырой маной. Затем выдал Артему с Михаилом улучшенные серебряные обереги. Освободившиеся попроще достались Яну и квазику. Им же отдал найденные в закромах родины три зачарованных бамбуковых пластинки.
Заменил накопители в казенных дубинках-клевцах соратников на более мощные. Самих отправил в пристройку, хранившую отрядный арсенал, возникший после раздела трофеев с банды крысобесов. Я непрерывно пополнял склад зачарованными боеприпасами и предметами экипировки. Кое-что принес Жан в счет прошлых поставок, что-то выменял у мастерских. Старое пончо Бойца, бронированное бамбуком, игнатьевские служанки постирали, починили и сейчас оно пригодилось новому сорколину. Ему же достался строевой щит, веревочный шлем и неплохое копье.
Яну отошли железный шлем, пончо из мешковины, кольчужный горжет и боевые кожаные перчатки. Ростовой щит и годентаг ему с подачи соратников одолжил Петрович от арсенальных щедрот. Под мое честное имя, надо полагать.
Долбанный микроменеджмент удалось частично свалить на ретивых подчиненных. Пока они дружно дополняли и подгоняли свое снаряжение, экипировали квазика, я обновил защитные чары на их платках и перчатках. Опытный Боец со своими сборами справился самостоятельно.
Расторопная служанка по имени Челешка наполнила наши фляги кипяченой водой. С тех пор, как я завел привычку благодарить аборигенку за помощь медяками, она стремилась услужить в любую свободную от работы по дому минуту.
На выходе из особняка Игнатьева меня дожидался Толик. Он принес скупщику на рынок собранный за барьером пепел и копанину, а Сундуку собирался продать примерно десять граммов «сахара». По его словам, бывший прибалтийский фермер и нынешний его начальник Юрис Лацис давно просек свою выгоду от лени дозорных и под видом сельхозработ с рассветом высылал подчиненных подметать ночную халяву на отдаленных участках. Дело опасное, но хитрому латышу удавалось мотивировать новых работников убеждением и прибавкой к скудному пайку. Земляне с бамбуковыми кольями и дубинками изображали охрану, аборигены и квази, мельтеша руками-ветками, сгребали пепел. Каким-то чудом утренний дозор по сию пору обходился без потерь.