— Зачем тогда было отдавать?
Эту фразу произнес, как ни удивительно, Малой. Пока мы с Кассием разбирались между собой, наши спутники никуда не делись. Стояли здесь и слушали. Но я как-то даже забыл про них.
— Лидия и Морней были любовниками, как я понимаю. — пояснил спецназовец. — Вместе взяли Кресп и Эмелл в свое время. Ты тоже был в команде. Почему Морней сразу не забрал Эмелл себе, а осел в Креспе?
Кассий хмыкнул. Некоторое время молчал, глядя в никуда, а потом произнес.
— Мы же люди. Обычные люди. Живем долго, очень сильные и нас сложно убить. Но мы продолжаем оставаться людьми. Также ненавидим. Также любим. Эмелл был подарком для Лидии. Вот и все.
Нифига тут, короче, страсти шекспировские бурлят! Впрочем, это не мое дело, вообще. Моя задача выжить и не сдохнуть. Не допустить, чтобы цифровая копия личности Пао Хванто разрушила мое тело. Древних разборок между старыми друзьями мне еще не хватало!
— Вернемся к нам. — кашлянул я, привлекая к себе внимание. — Ты сказал, что ей нужен сильный союзник. Но тут есть парочка моментов, которые мне не понятны. Во-первых, я не сильный. То есть, да, я круче обычного человека… вот че ты лыбишься, Малой?
— Молчу-молчу, терминатор ты наш!
— Во-вторых, а кто за меня решил, что я хочу быть ее союзником. Не, пойми правильно, я ничего лично против нее не имею, но с фигов мне вообще влезать во все эти мутные дрязги, которые начались задолго до того, как я родился на свет?
— А это плата, Свят. Ничего в этом мире не дается просто так. Да и в твоем родном, подозреваю, тоже. Тебе нужен репликатор, Лидии нужен союзник. Все просто. Так это работает.
— Да я понимаю, как это работает! Вот что мне непонятно, почему ты это за меня делаешь?!
— Потому, что ты никому не известный мальчишка, с которым бы никто не стал разговаривать. И уж тем более, заключать какие-то договоренности о союзах.
По мере того, как продолжался наш разговор, накал возрастал. Свою последнюю фразу всегда спокойный и невозмутимый Кассий произнес с заметным раздражением. Так, будто ему чертовски надоело разжевывать прописные истины всяким молокососам, вроде меня.
А еще и Малой хохотнул. Я повернул к нему голову, и здоровяк сказал, ничуть не смущаясь.
— Так-то Кассий прав, Свят. Ты тут никто и звать тебя никак.
Я, между прочим, и сам это все прекрасно понимал! И не нужно было меня носом в это тыкать каждый раз! Не потому, что обидно… Ой, да кому я вру — и обидно тоже!
— Ладно… — через некоторое время проговорил я. — Пусть так. Чего конкретно она от нас хочет?
— Да в общем-то ничего. — пожал плечами Кассий. — Выступить на ее стороне, когда в этом возникнет необходимость.