Мы вернулись в дом и передали свои покупки удивлённым хозяевам, а уже через два часа наслаждались горячей мясной похлёбкой и пресными лепёшками. Хоть похлёбка была пустой, а лепёшки не такими вкусными, какие пекла Марта, никто не привередничал, все понимали, что хозяева сделали для нас все, что могли.
Утром, не дождавшись прихода обещанного отряда воинов, Дарин ушёл во дворец, а мы с Роном отправились на поверхность в поисках какой‑либо живности.
Вернулись мы только поздно вечером, так как оказалось, что не только рядом с гномьей столицей, но даже и в ближайшей гористой местности всю живность давно перебили. Всё, что нам с нубийцем досталось, так это две птицы, которые, к несчастью для себя, решили отдохнуть рядом с дорогой, по которой мы шли. И Рон, и я были уставшими, злыми и недовольными, и даже свисавшая с пояса нубийца добыча нас не радовала. Проблему с едой нужно было срочно решать, пока я не разорился. Своих денег у меня было не так много, чтобы просто тратить её на еду, а обещанного жалованья нужно было ещё дождаться. Да и не помогло бы оно мне, при таких‑то ценах.
Спрятав добычу под плащами, мы прошли мимо стражников. Даже не знаю, почему мы это сделали, но Рон считал, что лучше перестраховаться. Когда мы принесли свежую дичь и отдали её обалдевшей от такого подарка Герине, то по её горячему взору сразу почувствовали, что не зря весь день сбивали ноги в дороге.
На ужин мы все втроем спускались уже без всяких переживаний, приготовленная в супе птица и лепёшки из нашей муки давали нам право спокойно смотреть в глаза хозяев. Те были изумлены не меньше дочери, когда она рассказала, что птицу принесли гости. Причём явно было видно, что добыли её совсем недавно. Хозяева так горячо благодарили нас за возможность попробовать свежее мясо, что нам даже стало неловко, ведь ничего особенного — по нашим меркам — мы не сделали.
После ужина, поднявшись в комнату, мы стали расспрашивать гнома о его походе во дворец.
— Ничего обнадёживающего пока сказать не могу, — ответил он. — Я встретился со старыми знакомыми, некоторые из них теперь очень уважаемые гномы. При дворе ещё не знают, как доложить королю о прибытии послов, тем более что с вами заявился я. Мне обещали, что завтра король о нас узнает и примет решение, что с нами дальше делать.
Как показало время, это были просто рассуждения. Нас не вызвали во дворец ни через день, ни через два, ни даже через неделю. У меня сложилось впечатление, что тут ведутся какие‑то свои закулисные дела и подковёрные интриги, потому что взбешённый каждодневными бесцельными походами во дворец Дарин уже на четвёртый день съехал от нас в какой‑то дом поближе к дворцу. Перед переселением он пообещал, что не успокоится, пока сам не подёргает все ниточки, до которых ему удастся достать.