«Этого не может быть», — пронеслось у меня в голове. Руки всё ещё холодные, по коже бегут мурашки. — «Это банально невозможно. Разве что…» — В памяти всплыл образ ледяной темницы, девушки с синими волосами и её слова: «Я — суть магии, что была в тебе…» Неужели то краткое взаимодействие, тот миг, когда я нашёл её в глубинах своего сознания, начал разрушать печати? Или это был просто случайный выброс, последний всплеск того, что когда-то было?
Пока я пытался осмыслить произошедшее, возмущение учеников, едва не пострадавших от моих ледяных шипов, достигло пика.
— Он что, с ума сошел⁈ — крикнул один из парней, стоявший у соседней мишени.
— Он мог меня убить! — истерично взвизгнула девушка, которая отпрыгнула.
— Преподаватель! Вы видели⁈ Это же опасно!
Их возгласы сливались в гулкий гневный хор. Они, видимо, не знали о моей «блокировке». Для них я был просто неумелым первокурсником, который чуть не навредил окружающим. Но их недовольство было окрашено ещё и классовым презрением — как посмел этот никчёмный барон чуть не задеть их, «великих» аристократов?
И тут Мария резко развернулась к ним. Её поза выпрямилась, взгляд стал тяжёлым и ледяным, тем самым, что заставлял замирать целые залы.
— Заткнитесь, — произнесла она тихо, но так, что её голос перекрыл весь шум. В её тоне не было крика, лишь абсолютная, неоспоримая власть. — Все вы целы и невредимы. Случайность. Если у кого-то есть претензии — можете высказать их мне лично.
В зале воцарилась гробовая тишина. Никто не посмел возразить принцессе. Недовольные ученики, бормоча что-то под нос, отвернулись и снова занялись своими мишенями, но теперь украдкой бросали на нас настороженные взгляды.
Мария снова повернулась ко мне. Её глаза сузились, изучая меня с новым, пронзительным интересом. Она подошла так близко, что снова оказалась в сантиметре от меня, и понизила голос до шепота.
— Твоя сила… она похожа на магию моей семьи. Лёд. — Она сделала паузу, её взгляд скользнул по моим ладоням, как будто она пыталась увидеть остатки холода. — Но… что-то не так. Она не такая… чистая. Она дикая. Неконтролируемая. И… — она посмотрела мне прямо в глаза, — ты не должен был быть способен на это. Что происходит, Роберт?
Преподаватель, привлечённый шумом и внезапным появлением льда, приблизился к нам. Его суровый взгляд скользнул по растаявшим шипам, а затем остановился на мне.
— Дарквуд, — произнёс он без предисловий. — Проявление силы есть. Но контроль отсутствует полностью. Это опасно для тебя и для окружающих. Тебе требуется многочасовое, упорное повторение базовых упражнений. Зал будет открыт для самостоятельных занятий сегодня вечером. Я советую тебе прийти.