— У всех так. — Капитан осторожно отер бритву. — Сплошь «уйти не успели» и сплошь «Ворошиловские стрелки». Просто удивительное количество стрелков и патриотов. Как сейчас мать-то?
— На Плешковском кладбище. Еще в сорок первом умерла.
— Да, это не у всех. Ладно, про сотрудничество я для порядка спросил. По возрасту и комплекции ты на полицая едва ли тянешь, там хлопчики лихо хари откармливали. Отец воюет?
— Не знаю. К нам одно письмо в самом начале только и проскочило. Он на заводе. Гальванический цех.
— Дело хорошее. — Капитан продолжал ухмыляться, осторожно и не очень ловко работая бритвой, почему-то левой рукой. — А где тут завод-то был?
— Товарищ капитан, я же говорю: мы из Харькова. У меня справка из школы, там все…
— Харьков — это тоже хорошо, — согласился капитан. — Тут у нас дивизия есть, так и называется — Харьковская. Впрочем, это военная тайна. А Харьков — город известный. Говорят, разрушен здорово и народ фашисты сильно изничтожили. Ну ничего, отстроим. А чего ты, товарищ Лавренко, без сидора или иного мешка с пожитками?
— А чего барахло таскать? Ложка и зубная щетка с собой. Остальным вы обмундируете, — пробормотал Тимофей.
— Гм, верно, конечно. Только амуниции и тушенки с перловкой сразу не будет, на это не рассчитывай.
Капитан принялся промывать помазок, и теперь стало очевидно, что командир ухмыляться и не думал, просто у него угол рта сдвинут, да и кожа до уха неестественно натянута шрамом. Осколок, наверное, задел.
Капитан продолжил объяснять:
— На дорогах видел, что делается? Отстали тылы, а приказ — «Вперед!», и его нужно исполнять. Так что напрасно ты харчем не запасся.
— Потерплю. Я привыкший.
— Тоже верно.
Капитан утер лицо, сел за стол и, наконец, развернул справки будущего призывника. Тимофей затаил дыхание.
— Так, по-румынски у нас только одна кобыла понимает, да и та контуженая. — Капитан отложил справку из городского отделения жудеца [2] . — Вот, эта доступнее. «Справка дана Лавренко Т. М. в том, что он успешно окончил…» Что ж ты так документы бережешь? Пятно вон какое.
— Пожар был, товарищ капитан. Сажа в трубе загорелась, пальто тогда вообще не спас. Обычная справка, там было «успешно закончил шестой класс школы № 36, переведен в седьмой класс». Вон и табель.
— Табель вижу. Гм, ну допустим. — Капитан отложил испятнанную бумажку и посмотрел на призывника. — От чего бежишь, гражданин Лавренко?
Тимофей взгляд выдержал и четко сказал:
— От стыда бегу, товарищ капитан. Хватит уже, насиделся в тылу.
— Темнишь малость, Лавренко. Но не к теще на блины отправляем. Что ж, если сотрудничеством с немцами не замаран, иди, воюй. Но если нагрешил, лучше сразу сознайся, иначе люди знающие найдутся, все равно подскажут.