— Макс… Щит, полусферу. Никаких атак, — спокойным голосом произнес учитель и глянул на Серафима. — Отче, если у вас есть артефакты — самое время их активировать.
Знатная тогда вышла заварушка.
Да, все мои старания, все мои навыки по скрытию нашего присутствия пошли прахом. «Мороканский дух» — для того, чтобы от нас ничем не пахло. «Шелест тьмы» — чтобы нас было не слышно. «Кровавые узы» — чтобы скрыть присутствие нашей крови. Все это висело вокруг нас и максимально ослепляло противников. Все, что они могли — видеть нас своими мелкими глазками- бусинками.
У нас был реальный шанс пробраться к эпицентру без боя, посмотреть, что там находиться, а затем уже решать стоит ли решать проблему с ходу…
Но…
Да, Макс был тогда виноват, в том, что применил свет, но и я хорош. Я ему просто не сказал о том, что любой свет обрушит мои покровы скрытности. Ударь он тогда огнем, воздухом, даже землей… Да, грохот, но покровы бы остались на месте. Но свет просто уронил мою маскировку.
Мы превратились в мишень для скопища этих тварей.
Тогда-то и началось.
Секунд двадцать ничего не происходило.
Пять я потратил на то, чтобы отследить, что происходит, но быстро понял тщетность своих попыток. Как только моя маскировка рухнула, тьма резко сгустилась и превратилась в…
Это трудно описать. Это словно… Знаете, когда ведешь рукой по плотному полотну с закрытыми глазами. Твои пальцы скользят и кончики подушечек прекрасно ощущают нитки и узор вышивки. При должной сноровке ты можешь понять, что вышито и какой оно формы. Но как только тьма сгустилась, то все это превратилось в…
Знаете, у плотников есть наждачная бумага, которыми полируют деревяшки. Вот что-то похожее.
Рисунок исчез, все превратилось в сплошную колючую субстанцию.
Из-за возмущения тьмы, у меня ком к горлу подступил. Макс, как потом он сам рассказывал, почувствовал уплотнение воздуха. Словно он из киселя и настолько плотный, что даже двигаться было трудно.
Вот тут бы, любой маг империи, тут же бы отступил. Отбивался и отступал, не рискуя лезть вперед. Но я был не любой. Я прекрасно понимал, что другого шанса понять, что тут происходит может и не быть. Да и в силах я был своих уверен. Я мог развалить любой ритуал, готов был выйти на прямой бой с любым темным, если он там был.
Поэтому я скомандовал: «Вперед! Быстро!» и направился в сторону церквушки, где должна была быть небольшая площадь.
Мы успели пройти метров сто, не больше, когда на нас выскочила первая тварь. Крупная, с длинными передними лапами и крючковатыми пальцами на которых я заметил когти. Длинные, черные и загнутые, словно короткие кинжалы.