Вольф провёл их внутрь, в бывшие классные комнаты.
С последнего визита Фридриха минуло четыре недели, и перемены бросались в глаза. В холле выстроились шкафы, перевезённые из бывших спален; на дверцах каждого висели увесистые замки. Не оружие ли хранят здесь, прямо на виду? — мелькнула мысль, и Фридрих решил при случае непременно спросить об этом.
Один из классов на первом этаже превратился в подобие конференц-зала. Несколько школьных парт сдвинули в большой прямоугольник, вокруг расставили деревянные стулья.
Над импровизированным столом с потолка был раскинут зелёный парашют — его полотнища спускались вдоль стен, превращая комнату в нечто среднее между штабной палаткой и пещерой.
У дальней стены выстроились в ряд тёмно-коричневые деревянные ящики. Один был открыт: внутри Фридрих разглядел туго скатанные рулоны — по всей видимости, карты.
Пока мужчины устраивались за столом, мальчики сбросили рюкзаки и принялись бродить по комнате с широко раскрытыми глазами. Фридрих остановил их взглядом и поднял руку:
— Только ничего не трогать. Ясно?
Оба послушно кивнули и задрали головы к парашюту. Фридрих повернулся к полковнику:
— Кремер сказал мне, что через два дня из Германии прибудут тридцать пять человек. Размещение готово?
— Комнаты приведены в порядок. Расписание на первые недели уже составлено. Надеюсь, физическая форма у людей подходящая — программа у нас жёсткая.
— Расскажите подробнее.
— Начнём с общей физической подготовки. Затем — основной курс: рукопашный бой, взрывное дело, обращение с оружием. Научатся терпеть боль. И убивать без шума.
Фридрих кивнул.
— А если кто-то не выдержит нагрузок?
— Такого не бывает. Все прошли медицинский отбор. Физически они пригодны. Остальному научим — так или иначе.
— А если кто-то категорически откажется?
Полковник Вольф бросил быстрый взгляд в сторону мальчиков:
— Быть может, вашим сыновьям стоит немного подышать свежим воздухом? Пока остальные ещё не прибыли, территория в их распоряжении.
Герман вопросительно посмотрел на отца. Тот кивнул — и мальчик потянул Франца за собой на улицу.
Убедившись, что дети вне слышимости, Вольф откинулся на спинку стула.
— Эти люди сделали свой выбор осознанно и знают, на что идут. Господин Кремер позаботился о том, чтобы их семьи — у кого они есть — были убеждены: мужчины записались во Французский иностранный легион. Легион воюет по всему свету — это всем известно. Если же кто-то передумает уже здесь, его родственники получат письмо от Легиона. С чёрной рамкой. Скорбное письмо… Для Легиона — дело обычное.