— Допустим. А по правде чем мне заниматься?
— Наблюдать. Запоминать. Делать выводы, — принц побарабанил пальцами по столу, кинул долгий напряженный взгляд на господина Эйсгема. Тот ответил легким кивком. Мол, ей можно доверять. — Проблема в том, что из тех кандидаток, которых я бы, скажем так, утвердил, трое внезапно отказались приехать. Одна заболела, вторая скоропостижно вышла замуж, третья пропала без вести. И у меня это все вызывает серьезные опасения.
Я поискала глазами, куда бы сесть.
Вот только влезть в придворные интриги мне не хватало для полного счастья!
Господин Эйсгем заметил мой восторг от перспектив и услужливо пододвинул гостевой стул. Где нашел — не знаю, наверное, за занавеской спрятаны были на случай близкого обморока у посетителей.
Отключаться я не собиралась, но некоторую нервную дрожь ощутила.
Надо было проситься в охранницы!
— И сколько еще э-э-э кандидаток осталось? — поинтересовалась я, мысленно открывая файл с записями.
— Шесть. Не считая прочих, — деловито отчитался принц. — Все дополнительные сведения выдаст твой опекун.
— Насколько все сложно? В смысле — на что обратить внимание? Яды, острые предметы, удавки…
Айрендаль переглянулся через мою голову с господином Эйсгемом и одобрительно хмыкнул.
— Ты не ошибся. Идеальная ассистентка. Смена тебе подрастает. Вот выберу принцессу, назначу твою Кристель ее фрейлиной.
— Спасибо, не надо, — тут же влезла я.
Не слишком вежливо, признаю, особенно по отношению к королевской особе, но в таких вещах следует сразу проставить все точки над ё.
— Хм? — вздернул принц вторую бровь в ожидании пояснений.
Если отказываешься от великой милости, нужен увесистый обоснуй.
— Ваше высочество, у меня в планах выучиться в академии, получить право на собственную фамилию и род основать. Служба при дворе никоим образом мне в этом не поможет, к сожалению, — собрав остатки учтивости, выдала как на духу.
— Хорошо, подожду, пока ты окончишь академию, — согласно кивнул Айрендаль, а я мысленно застонала.
Вот же прицепился! Какая фрейлина, зачем, мне мир спасать надо, а не в платьях за капризной девицей бегать!
В том, что принцесса непременно окажется капризной, я не сомневалась. Ей по должности положено.
Тем временем господин Эйсгем по-хозяйски порылся в залежах табличек и документов на столе принца (почему бы и нет? Он, скорее всего, почти все сам туда и положил), выудил один и сунул мне под нос:
— Вот договор, подпиши.
— Магический? — с подозрением уставилась я на плотно исписанный лист.
Бумага дороже золота, и каждый ее сантиметр бесценен. Лишь в силу традиций по краям оставался небольшой зазор для красоты и удобства чтения. Все остальное пространство занимали тесно впихнутые строчки.