«Ну, пока она не минует, такая смертельная опасность. Дальше возможны всякие варианты, поэтому личный авторитет и выполнение приказов немедленным образом лучше сейчас заработать у моих новых подчиненных», — напоминаю себе.
Урги за мной вскачь мстить не пустились, какая-то дисциплина у них есть, помчались докладывать своим вождям о таком чрезвычайном происшествии.
Пустили вслед несколько стрел без особого энтузиазма, посмотрели, как купол их отбил в стороны, и свалили из поля зрения за холмом.
Раненые же притомились бежать и расселись на травке, баюкая больные места.
Воины встретили меня потрясенным молчанием, разглядывая изо всех сил, нет ли у меня рогов и хвоста за спиной.
«А, здесь же дьявол щеголяет пупырчатой шкурой и жабьей мордой! Все тут совсем не так, как у нас принято!» — вспоминаю я местные предания.
Пусть они все случившееся доподлинно не разглядели, даже взрыв валуна могли не идентифицировать, однако одно то, что из сотни ургов почти никого на ногах не осталось — такое воины поняли отчетливо.
Наверное, даже то, из чего именно я добился такой фатальной мясорубки, не рассмотрели.
— Ну и хорошо на самом деле! — признаю я себе.
— Едем дальше! Теперь пока выжившие вернутся к своим, пока доложат вождям, пока те отправят за нами новые сотни, часа четыре точно пройдет! Поэтому ведем разведку с боков и двигаемся в наш замок.
Теперь мои слова про наш замок воспринимаются совсем по-другому. С некой внутренней благодарностью небесам, что такой смертоубийственный Маг и волшебник находится в замке, родном для воинов рядом со мной.
И что он на нашей, человеческой стороне. Пока именно так себя ведет и говорит тоже.
А не посылает этих самых ургов закабалять род людской, даже не пьет кровь младенцев и девственниц кувшинами по утрам. И еще много чего не делает, чего должен творить по своей черной натуре.
Наверно, действительно — светлый посланник Святого Сиала!
«Ну, посмотрим, что нам день грядущий принесет. Сколько кочевников отправятся за нашим отрядом следом? Сколько воинов оторвут главные вожди от осады города?» — задумываюсь я.
Уже не к позднему вечеру, а значительно раньше, мы добрались до замка, где сразу же проехали в гостеприимно опущенные через ров ворота.
Олис сразу докладывает мне, что ничего не случилось, баронесса не ведет заметной и сильно враждебной деятельности, занята сыновьями и их лечением.
— Прислуга слушается, не спорит ни о чем, кормят хорошо.
Ну, значит, все порядке. Я поднимаюсь в донжон, встречаю здесь баронессу и сразу же попадаю под град просьб помочь ее сыновьям: