— Если ты вернешься, не важно сейчас или через год — это конец, Бэль.
— Вы знали это с самого начала? — голос предательски дрогнул. — Знали, что это последний год моей жизни? Знали….
Обида и злость не дали мне договорить, голос сорвался на хрип.
Дракон меня за ногу!
Мне с самого начала уготована смерть! Не от драконов, так от своих же? Нет, я знала, что не несу особой ценности. Но не так же бесчеловечно со мной поступать!
— Ты не должна была вернуться, — вздохнул Тьюдо, уводя от меня взгляд. — Ты должна была остаться Софией, выйти замуж и родить ребенка, который объединит наши империи.
— И тогда бы меня устранили? — быстро сообразила я. — Чтобы не проболталась или не сменила сторону?
— Твоей смерти я бы я не допустил, — заверил Тьюдо, переводя теплые человеческие глаза на меня.
— Да бросьте! — хотела возмутиться я, но вместо этого спросила другое:
— Почему? — искренне не понимала я, глядя в глаза, которые сейчас не могли мне лгать.
Отвечать Марш не хотел. Опять принялся хмуриться и уводить взгляд, однако, что-то обмозговав, все же решился.
— Я дал клятву твоему отцу, — выдал он то, что я никак не ожидала услышать. — Не всегда удавалось ее сдерживать. Но смерти я бы не допустил.
Да плевать на «удавалось», «не удавалось», тут важно другое….
— Вы знали моего отца⁈ — опешила я.
— Бэль, не спрашивай, — попросил он так, словно я лезла под кожу. — Я не могу тебе всего рассказать.
Да конечно! Я всю жизнь считала себя сиротой, тут мне говорят, что знают моего отца, и рассчитывают, что я просто это отпущу⁈
— Тьюдо! Кто мой отец⁈ — я посмотрела на него так, как он всегда смотрел на меня — вынуждая к ответам.
Он усмехнулся, наблюдая за тем, как сильно изменилось Зеркало. Хотя, думаю, Зеркалом он больше меня не считает. Даже по имени с некоторых пор зовет. Он признает под этой оболочкой меня?
— Хороший человек, который, действительно, любил твою мать, но в силу обстоятельств не мог с ней быть, — выдохнул Марш. — О тебе он не знал. Когда я только поступил в его распоряжение, будучи лазутчиком, он отправил меня разыскать эту женщину. Но оказалось, что она умерла при родах. А ее ребенок выжил и уже одиннадцать лет жил в приюте. Этим ребенком была ты, Бэль.
Дракон меня за ногу! Дайте сесть или я сейчас упаду!
Это что же такое получается? Все это время со мной рядом был человек с целым сундуком тайн, касающихся моей жизни, а я и знать не знала.
У меня был отец. У меня была мать! И Тьюдо знает их!
— Это все, что я могу сказать. А остального тебе знать не нужно, — отрезал Марш, видя, что у меня накопились новые вопросы.