Он смотрел мне в глаза, но сказал Звонарёву:
– Забери малую, покатай ее полчаса. Нам с Линой нужно… – Береговой глубоко вдохнул, сверкнул темнотой глаз, – поговорить, – и отпустил мою руку.
Стас многозначительно хмыкнул и, быстро перехватив у меня Надю, картинно присел. Лёша не отступал далеко, а волны его гнева будто накатывали одна на другую, наливали шрам и подливали красок на его тяжелые скулы.
– Я всегда рад со своей крестницей прогуляться, – весело проговорил Стас, разбивая между нами звенящие стекла спора. – Да, малявка? Мороженое тебе уже можно? Или сладенькое только родителям полагается? – он подмигнул мне и широким шагом быстро покинул помещение.
Несколько минут, которые мы глядели глаза в глаза, пытаясь сжечь друг друга заживо, показались растянутыми в вечность. Давно мы не стояли вот так близко, на грани прикосновения, до ощущения горячего дыхания на коже, щекотливого предчувствия ласки. Тело словно отозвалось на тепло мужа, что ударилось в грудь, где под ребрами тоскливо забилось сердце.
Как он мог…
– Я не собираюсь оправдываться, – сухо, чеканя, будто лезвием по коже, сказал Лёша. – Но ты ответишь за свои слова, Ангел. Зайди в кабинет, – стал вполоборота и грубо, низко добавил: – Или можем выяснить отношения прямо здесь, на глазах у десятков сотрудников.
Я покосилась на уставившихся на нас людей. Впрочем, после слов Лютого они торопливо сделали вид, что занимаются своими делами.
Мне не хотелось «выяснять отношения», поэтому я сказала:
– Мне некогда, Алексей. Я спешу на деловую встречу. Или они бывают только у тебя, а мои не столь важны?
– Мне некогда. Алексей. Деловую встречу, – муж явно издевался, перекривлял мои слова. – Смешно звучит в ракурсе того, что ты, зная, что я чуть ли не ночую на работе, приперлась сюда сама и ребенка привезла. На две минуты? Чтобы подразнить меня? Чтобы потом вильнуть хвостом и упрекнуть, что ты потратила на меня драгоценное время? Лина, ты, видимо, слишком плохо меня знаешь. – Леша пнул дверь, отчего та громыхнула на весь офис, и грубо рявкнул: – Зайди внутрь, у меня нет настроения устраивать публичный цирк.
Зная, каким Лютый может быть в такие моменты, правильно было поступить так, как он хочет, но в меня словно чёрт вселился. Я не желала делать так, как он сказал… раз он меня не желает.
Вперив руки в боки, я приподняла бровь:
– А то что? Схватишь меня и потащишь внутрь силой? Так ты привык решать проблемы, Береговой? Ломая других людей? Подчиняя их своей воле? Не приходило в голову, что на тебе свет клином не сошёлся?
Над нами словно собрались тучи. Вот-вот темень прорвется искрами и убьет, чтобы долго не мучились.