– Иди на диванчик, кнопка, там есть игрушки, – он отпустил дочь и, отвернувшись от меня, подошел к окну.
– Я от тебя ничего и не требую с избытком. Разве нет? – Лёша посмотрел на резвую Надюшку, что, как колобочек, забралась на мягкое сидение и стала активно скидывать на пол игрушки. Легкая улыбка, больше похожая на горькую гримасу, дернула крупные губы мужа, очертила край шрама. – На счет работы ты знаешь мое мнение, и месяц назад я предлагал тебе нанять няню. Ты сама не захотела. Можем вернуться к этому вопросу, вечером приеду домой – обсудим кандидатуру, – отвернувшись, муж снова уставился в окно, спрятал руки в карманах брюк и долго задумчиво смотрел на улицу.
– Па… – дочка слезла с дивана и снова подобралась к мужу. – Руци… – и, вцепившись в штанину, потянулась к отцу.
И неожиданно, когда Лёша наклонился, чтобы взять дочку на руки, его лицо передернулось, а губы стиснулись. Словно ему неприятно.
– Лина, – перехватив поудобней Надюшку, он поднял на меня темный взгляд, – если ничего важного не случилось, возвращайтесь домой. Я постараюсь вернуться пораньше, – щелкнул малышку по носу, а она захихикала и уткнулась в могучую грудь мужа. Потерла кулачками глазки и, что-то мямля под нос, увлеченно закрутила пуговку его рубашки.
И я вдруг поняла, что такой модели у мужа никогда не было. Черной с золотыми пуговицами и воротником стойкой. Сегодня утром он уходил в светло-голубой, я прекрасно помню, ведь еще думала, как Лютому идет этот цвет.
– Предлагаешь нанять чужого человека, чтобы отмахнуться от дочери? – прищурилась я. – Моё мнение по этому поводу не изменилось. Детям нужны родители! Но у тебя нет на них времени. Видимо, и желания. Я хотела снова попросить тётю Машу посидеть с Надей, но Слава предложил завезти к тебе на в офис на час. Сказал, ты скучаешь.
Я подошла к мужу и посмотрела в чёрные глаза. Сердце в груди колотилось, щёки горели от жара.
– Но теперь я вижу, что он ошибается. Машина, которую ты подбираешь. Новая рубашка взамен той, в которой ты ушёл утром. – Протянула руки к дочери: – Идём, милая. Не будем мешать папе развлекаться.
Дочка потянулась ко мне, обвивая шею, и я приняла тяжесть ребёнка. Не оборачиваясь, пошла к выходу. Придётся взять ребёнка с собой на переговоры, оставаться и просить мужа помочь я уже не могла. Либо разревусь, либо глаза ему выцарапаю. Ясно, что у Лютого интрижка – потому он меня и не хочет. Кусая губы, я выскочила из кабинета.
Ангел
Лёша догнал нас в коридоре, схватил меня за локоть и развернул к себе. Давно я не видела мужа таким рассерженным.