К концу рабочего дня головная боль чуть отступила. По крайней мере, ей уже не хотелось тихонечко сдохнуть, забившись в какой-нибудь щели. Махнув рукой на планы заехать в ближайший супермаркет, Ольга поехала прямиком к дому. Даст бог, не помрут с голоду ее детишки. Не маленькие. В кафе сходят или закажут доставку. Как-нибудь выкрутятся. Вот раньше — болеть ей было некогда. Как вспомнит — так вздрогнет. Это ведь ужас! Трое… Ольга до сих пор задавалась вопросом, как она, такая хилая и болезненная, вдруг настолько окрепла. Ну, не чудо ли, что за первые пять лет жизни Ольгиных сыновей к ней не пристала ни одна болячка? Как если бы кто-то, с легкой руки, полностью перезапустил работу всей её иммунной системы. В прошлом остались ангины и ларингиты, бронхит и хронический гайморит. А вот голова и тогда болела, но жалеть ей себя было некогда.
А сегодня хотелось…
Одной рукой удерживая тяжелый портфель с документами, свободной — Ольга открыла дверь. Тут же в уши ударил звон и лязг каких-то инструментов и чьи-то тихие голоса. Какого черта? — подумала женщина, откладывая в сторону портфель. А потом замерла, не зная, что ей делать? То ли в полицию звонить, то ли…
— Привет.
Ольга вскинула взгляд и удивленно уставилась на Гдальского.
— Оу… Здравствуй. А как… ты сюда попал?
— Так ведь трубы. Ты оставила заявку. Помнишь?
— Черт! — Ольга растерла виски. — Нет. Совсем забыла.
— Что-то ты не слишком радостна.
— Дерьмовый день. Голова раскалывается. Думала, в тишине побуду, а тут…
— Нам уйти?
— Нет, уж! Заканчивайте.
Ольга стащила с ног узкие лодочки цвета фуксии. Небрежно бросила ключи от машины на полку и последовала прямиком в кухню.
— Ты так и не сказал, как сюда попал?
— Катя помогла. Взяла ключи у…
— Ника. Его Ник зовут — это факт, — разозлилась Ольга. Нет! Она все понимала, конечно. И даже где-то восторгалась тем, что в этом мире есть девочки, у которых такие папы. Но! Она своего сына тоже не на помойке нашла. И было бы отлично, если бы папа девочки это усвоил. В противном случае — папа девочки может катиться куда подальше. Она и точный адрес ему укажет, если это потребуется. Ольга была не из робкого десятка. Жизнь заставила её отрастить зубы и нарастить броню. Чего ни случится в ходе эволюции от простой девочки из провинции до успешной столичной матери-одиночки.
Кажется, Тихон понял, что перешел черту. Ему хватило совести даже смутиться.
— Да, прости. Никак не привыкну. Имя это странное…
— Нормальное. Николай. Сокращенно — Ник.
— Мы Николаев Колями звали.
— Времена меняются, — отрезала женщина.