Следом за ним ещё один…
Мы теряем людей! И я, находясь на палубе даже не знаю, чем им помочь!
Уже по докладам боевых тюленей они безвозвратно потеряли троих.
И число потерь всё продолжает увеличиваться!
— Где Фортуна? — неожиданно спрашиваю я.
Каждый из ныряльщиков поднимается на поверхность, чтобы вздохнуть и восполнить кислород в лёгких.
Но только не Фортуна!
Не может же так статься что…
— Её окружили монстры! Мы не можем добраться! Вместе с ней её отряд патрулирования! — выныривает Жоржи, — Если ничего не сделать… их просто перебьют по одному!
— Не в мою смену, — рычу я, оглядываясь по сторонам.
Вижу укреплённый на носу «Берсерка» клюв спрута, которого мы победили в Бухте Уилсона. Он ещё давал защиту от мелких морских гадов. С «Хрюши» его перенесли на флагмана.
Иронично, но мелкие гады вред судну и так не могли нанести. Опасность для него представляли гады крупные. Зато мелочь успешно уничтожала людей.
Моих людей!
Подскакиваю к нему и принимаюсь рубить древесину, отделяя клюв от судна.
— Что ты делаешь? — подскакивает Алиса.
— Просто помоги, — отвечаю.
Ей дважды говорить не нужно. Моя супруга подхватывает с палубы меч и принимается рубить вместе со мной.
Ухватив покрепче артефакт, я скидываю с головы железный шлем.
И как был, в кожаной броне, прыгаю за борт.
Самое то, чтобы погрузиться в дивный подводный мир!
Секунда дезориентации, и я оказываюсь под кромкой воды.
Тут же кручу головой из стороны в сторону, изучая обстановку.
Вода уже приближается по своему цвету к багрово-чёрному, так много крови в ней пролито.
В самой большой такой кровяной кляксе как раз и проглядывается наибольшая активность морской живности.
Очевидно, что об этом окружении и упоминал Жоржи.
Я моментально направляюсь в эту сторону, изучая реакцию морских гадов.
Что примечательно, закреплённый на моём поясе клюв спрута действительно отпугивает мелочь.
Несколько орд мелкой рыбёшки, которые своими плавниками едва ли сдирают кожу с противника, тут же бросаются прочь от меня.
Так же поступают и остальные.
Уже приближаясь к «окружённым» ныряльщикам, я на полной скорости влетаю в группу небольших акул.
Уровня они низкого, а потому ничто не останавливает мою атаку.
Копьё меткими движениями пронзает шкуры акул, проливает кровь, вынуждает монстров переключить всё своё внимание на меня. И меня единственного.
Созданной передышки оказывается достаточно пловцам, чтобы они начали собираться в группу.
Играет в нашу пользу и то, что всякая мелочь вынужденно отступает за пределы действия клюва спрута.
Вокруг меня появляется самая настоящая сфера отчуждения, войти в которую осмеливаются исключительно опасные гады, уверенные в своих силах.