— Ты нарушил Первый Протокол, — ледяным тоном произнес Аид. В его голосе, обычно спокойном и уверенном, теперь слышался страх. — Ты подверг риску жизни всего экипажа… ради чего?
На экране символ «Ковчега» на миг померк, словно Искину не хватало ресурсов даже для поддержания собственной голограммы.
— Доктор, у меня не было выбора, — голос Искина, обычно бесцветный, теперь звучал глухо, словно из глубины бездны. — Я попал в логический тупик, и без помощи… извне… я не видел решения.
— Логический тупик? — Гера, всегда собранная и хладнокровная, не скрывала своего волнения. — О чем ты говоришь?
— При посадке «Ковчег» получил критические повреждения, — повторил Искин, и на экране промелькнули тревожные красные символы. — Значительная часть обшивки уничтожена, включая сегменты защитной брони. Атмосфера этой планеты… непригодна, а местные формы жизни…
— Агрессивны? — Кхорн нахмурился. — Насколько агрессивны?
— Настолько, что я был вынужден классифицировать их как «враждебные существа». Но дело не только в этом.
— А в чем еще? — Гера, сжимая кулаки, сделала шаг вперед. — Говори же!
— Ресурсов стазис-капсул недостаточно, чтобы поддерживать вашу жизнедеятельность до завершения терраформирования, — ответил Искин. — А разбудить вас… я не имел права. Это было бы нарушением Протокола.
— Но ты все равно нас разбудил! — возразил Велес. — И даже создал… эту… игрушку!
— Это не игра, первый пилот, — ответил Искин. — Это… компромисс. Решение, которое предложил абориген.
— Кто? — Мафтет настороженно посмотрела на голограмму. — Ты о чем говоришь?
— Он называет себя Лироем, — ответил Искин. — Я был вынужден обратиться к нему за помощью, когда понял, что сам не могу…
— Что не можешь? Нарушить Протокол? — спросила Гера.
— Найти выход, — ответил Искин. — Он увидел то, чего не видел я. Он предложил решение логического тупика, в который я зашел.
— Кто-нибудь понимает, что несет этот спятивший ИИ? — спросила Мафтет, нахмурившись.
Капитан оглянулась на членов своей команды.
— Согласно Протоколу, — голос Кхорна прозвучал глухо. — Если Искин не в силах решить проблему из-за логических ошибок, к которым он пришел при выполнении своих функций, он вправе обратиться к живому существу — «избранному». Критерий избранности: тот, кто отличается от других особей, имеет больше шансов найти решение проблем, исходя из того, что он оперирует другими, отличными от стандартных, постулатами.
Боги молчали, ошеломлённые услышанным. Их судьба — их жизни — оказались в руках инопланетного разума, существа, которого они даже не видели.