***
Сейчас разыгрывался самый страшный его кошмар, и Дамиан ничего не мог сделать, пока девушка
в руках мерзавца. Тот полностью контролировал Курта и мог в любой момент приказать тому
свернуть Хелене шею. Он должен был переломить ситуацию.
— Хорошо, — сказал Дамиан. — Хорошо, я согласен, только отпусти ее.
А чертов маньяк смеялся, обходя его по дуге. Это было хорошо!
Ментальные приказы Фейтона на него не действовали, их блокировала внутренняя сущность —
проклятие рода Мейрон. Однако сейчас это было Дамиану на руку. Единственное, чего не
хотелось, — это чтобы Хелена его ТАКИМ видела.
Поэтому он хотел увести Фейтона как можно дальше.
— Давай отойдем, — продолжал, осторожно переступая и держа руки поднятыми. — Поговорим, как
мужчина с мужчиной. Сядем, поговорим, обсудим… Я подпишу все, что ты захочешь, только сейчас
отпусти ее.
— Отпустить ее? — издевался Фейтон. — Ни за что. Ты еще будешь смотреть, как я разложу ее и
буду иметь. Грязно. Во все отверстия.
Вот это был предел.
Дальше Дамиан уже просто не мог сдерживаться. Он взревел, внутренняя сущность рванулась из
него наружу.
***
Все это было очень жутко. И больше всего Хелене было страшно за НЕГО! Дамиан ведь
подставлялся из-за нее. Она и предположить не могла, что все так обернется! Бедного Курта
трясло мелкой дрожью, ей было жаль его, она понимала, что на него оказывается адское
воздействие. А она — бесполезная!
Ыы-ы-ых! Вот если бы она могла помочь Дамиану, придать ему сил!
И тут на месте мессира вдруг возник огромный, черный, весь покрытый тьмой медведь! Страшно
зарычал, встав на задние лапы, от него к менталисту метнулись плотные жгуты тьмы. А сам он,
словно ожившее пятно мрака, в одно неуловимое мгновение оказался рядом, смял Фейтона и
просто разодрал когтями на ошметки.
Вот это было…
Хелена не сразу осознала, что визжит на одной ноте.
И лишь только потому, что Дамиан бросился к ней, оттолкнув Курта в сторону, притянул ее к
себе, ощупывал, гладил и все твердил:
— Испугалась?! Девочка моя, что с тобой?! Ты испугалась?! Не бойся меня!
Она наконец замолчала и прижалась щекой к его голой груди. Минуточку… голой?
И тут появился маркиз, сурово оглядел Дамиана и выдал:
— Немедленно прикройтесь. И уберите лапы от моей внучки, Ваше Величество!
Дамиан выпрямился. Курт, отводя взгляд, уже протягивал ему сюртук, в который он быстро
облачился. А после повернулся к маркизу:
— Дядя, — начал вкрадчиво, — где ты все это время был?