Кислота раствори этот мир! Никогда нет под рукой того, что нужно. Вот в моей прошлой жизни…. А-а, зачем об этом сейчас вспоминать. Надо действовать.
Приложил руку к шее императора, закрыл глаза и принялся выискивать эфир, который мне может пригодится. Нашёл кое-что, но этого мало. Очень мало!
Из-за двери доносились звуки сражения, так что выйти в общий зал я не могу. Что же делать⁈
Вдруг перед внутренним взором мелькнул тот, про которого я в последнее время почти не вспоминал, оставив на попечение Насти. Шустрик!
Зверёк возник так быстро, что я даже вздрогнул от неожиданности, когда он появился на моём плече и любовно обнял хвостом. Он значительно потяжелел и подрос. То ли Настя его откормила, то ли он был не взрослой особью, когда я забрал его из аномалии.
«Здравствуй, дружище! Давно не виделись», — я погладил его по серебристой шёрстке и дал указание принести рюкзак, который я оставил в машине.
Отправил ему несколько мыслеобразов, чтобы точно не перепутал машину и рюкзак.
Зверек чирикнул и пропал, ударив хвостом по полу. Я вновь склонился над императором. Кровь уже еле сочилась. Всё-таки эфиры в его теле помогли мне заблокировать сосуды. Понадобились не только тромбы, но и те эфиры, что приводят к спазму сосудов. Правда, пришлось повозиться, чтобы они спазмировались и сжали нужный сосуд.
Шустрик явился секунд через десять. Он заметно устал и, вручив мне тяжелый, набитый склянками рюкзак, он тут же свалился на пол рядом с императором и глубоко задышал.
Я распахнул ворот рюкзака, выбрал три зелья и напоил ими императора. Затем облил его рану на груди, одновременно с этим отправляя в его тело ману, усиливая действия эфиров.
Я потерял счет времени, помогая императору справиться с тяжелым ранением. Я был уверен, что если бы не открыл дверь кабинета, его брат нанес бы ещё несколько ранений, с которыми даже я не смог бы справиться.
Зато теперь многое становится на свои места. Ко мне подослали убийцу, когда я помог императору справиться с Ведьминой чумой. Наверняка это было сделано для того, чтобы я больше им не мешал, но судьба распорядилась иначе.
Когда жизни императора больше ничего не угрожало, я принес ему под голову подушку с одного из кресел и попросил не вставать. Он наверняка потерял больше литра крови, поэтому может свалиться от слабости и даже потерять сознание.
— Куда вы? — еле слышно спросил он, когда я вытащил из рюкзака зельестрел и подошёл к двери, из-за которой до сих пор доносились звуки борьбы.
— Я должен помочь графу Орлову и Демидову. Они за дверью. На них напали ваши стражники.