Гипоталамус? Гипофиз?
Нет, не понять… потом она сядет с учебником и все сопоставит. А пока… пока Таня ощутила, как ее энергосистема внезапно сливается с системой Леи. Как штепсель в розетку включили.
Сама Таня маленькая-маленькая. И словно стоит на берегу громадного океана энергии. Стихийного океана. Как на тайгу с самолета глядеть… оно громадное, спокойное, равнодушное. Не злое, просто живое.
Это — Салея?
Мощь стихии в такой хрупкой оболочке?
Невероятно!
Но Салее было не до того. Она тоже чувствовала Таню сейчас, как продолжение себя. И осторожно принялись манипулировать уже ее энергией.
Ощущения были чуточку другие. Не самой вышивать, а шить на машинке.
И — осторожно!
Если на алкоголиков Салее было наплевать, то сжечь разум и энергоканалы сестре она не хотела. Пришлось действовать еще аккуратнее — и то! Кажется, она отключила одному из них больше, чем планировала.
А, плевать!
Дубовая корона уже начинала действовать. Не люди. Не живые существа, которым больно, страшно… просто наглядные пособия.
После шестого человека, Салея аккуратно отпустила сестру, поддержала под локоть… Таня мотала головой.
— С ума сойти! Лея, ты…
— Не я, — качнула головой Салея. — Не я.
— А… я же видела!
— Не меня, Танюша. Ты видела тех, кто за мной. Связка: даэрте — Перводрево — Королева активна и полна силы сейчас. Потому что Дубовая Корона активировалась. Потому что во мне твоя кровь, потому что у меня связь с вашим Хранителем.
— Не понимаю?
— Сила даэрте — сила Леса. Эту силу в единый миг может потребовать себе Перводрево. И я — как самый ближний его потомок. Считай, дочь. Это ты и видела.
— Ага, — сообразила Таня. — Все, как один?
— Да. И этот один — я. Поэтому я и должна созревать постепенно. Незрелое сознание это просто не выдержит. Разрушится. Сейчас меня спасает Дубовая Корона. Но она же и погубит.
Таня хлюпнула носом, и Салея поспешила перевести тему.
— Ты пришла в себя?
— Д-да, наверное.
— Ноги держат?
— Да.
— Тогда идем. Нечего здесь задерживаться лишнее время.
— Да. А ты мне потом еще объяснишь, как ты работала? На что действовала?
— Я все расскажу по дороге. Обещаю.
Рассказала Салея чуть позже, когда они с Таней прикупили по мороженому, по бутылочке тоника, и уселись в тени деревьев, в парке. Так Салее было спокойнее. Она откинулась на ствол здоровущего вяза и смотрела перед собой, облизывая эскимо.
— Вкусно. Я так давно не ела ничего подобного…
— Там же химия.
— Знаю, но все равно вкусно. И тоник вкусный, там что-то древесное…
— Хинин. Против малярии.
Салея с блаженным видом сделала еще один глоток.