На это Серебряный Лист приложил сжатый кулак к сердцу и поднялся на ноги. Помедлив немного, он всё же решился спросить:
— Прости, вещий, но ведь Василиса это не настоящее имя…
Ильмера на это с усмешкой его перебила:
— А может тебе ещё и ключ дать от дома, где все наши деньги? Естественно, мой жених, могущественный волхв, нарёк мне имя, но знают его только те… кому я достаточно доверяю.
Это снова вызвало всплеск удивления, но на этом гости откланялись. Приглашать их к костру Ваня не стал: по тому, как встретились, хорошо, что без мордобоя разошлись. А во время завтрака Ваня задал вопрос, мучивший его уже некоторое время:
— Неужели все люди… ну хорошо, не все, большинство, такие сволочи?
— Это ты о чём? — удивилась Ильмера.
— Это о том, как все на нас с тобой реагируют.
— А что, только люди? — пожала плечами мавка и отвела глаза. — У наших тоже, любимая шутка: увести парня в лес, соблазнить, оморочить и бросить. Может и я была бы такой же, если б не ты…
Дальше, естественно, встал вопрос: Что делать? Вотпрямщаз. Ваня настоял, чтобы не возвращаться на время ожидания к Кузнецу, а сидеть тут и изучать выданные Конструктором инструкции. Благо к походной жизни они уже приспособились и каких либо неудобств от полевого быта не испытывали. Вот они и занимались изучением документации, перемежая это увлекательное занятие едой, отдыхом и полётами. Из первого же такого полёта Ваня принёс молоденького подсвинка. Ильмера, следившая за процессом в бинокль, наблюдая за охотой сначала вздрогнула, а потом смеялась до слёз.
Дело в том, что только начав осваивать полёты, Ваня мечтал добыть добычу как настоящий летающий хищник: обрушиться с неба, забить мощным ударом когтей с разгону и тут же унести жертву в синюю даль. Аки сокол ясный. Увы и ах. Неопытный хищник не рассчитал высоту. Совсем немного, где-то с пол метра и в результате забил несчастное животное не когтями, а всей своей тушей, впечатав его в каменистую почву.
Местные пятачки, увидев кто ведёт на них охоту, с визгом рванули в лес, не разбирая дороги. А Ваня, немного придя в себя, поднялся на все четыре лапы, принюхался в одну сторону, в другую, обнюхал свои бока, ради чего ему пришлось чуть не в кольцо завернуться, обнюхал и критически осмотрел свиную тушку, после чего подхватил свою жертву когтями и полетел в сторону самой большой местной заводи, где долго плескался сам и полоскал эту тушу. И только потом полетел назад, к лагерю.
— Ну и что это было? — спросила мавка, пытаясь сохранять строгое лицо.
Получалось не очень, потому как во время всех этих процедур Ваня выглядел очень комично. Ответ его получился в тему. С виноватым видом он произнёс: