Попробуй сосредоточиться, когда воронка облаков уже на полнеба расползлась! И крутится, крутится, крутится! Если ураган спустится к земле, нас с открытого места попросту сметет.
Надо искать убежище.
Полетел снег, я посильнее натянул на уши вязаную шапочку и двинулся дальше, продавливая упругое сопротивление ветра. Тропа довела нас до насыпи, ушла направо и сразу затерялась в высокой траве.
Я немного постоял, озираясь по сторонам, затем повернул налево и зашагал к едва различимой в завесе снега рощице.
— Ты уверен? — засомневалась Лика.
Я ничего не ответил, пригнулся и ускорил шаг. Я был уверен. На все сто.
Просто вспомнил эту насыпь, эту рощицу и то, что скрывалось за ней, вспомнил тоже. Мне уже доводилось бывать здесь раньше. Не знаю только, плохо это или хорошо.
Как-то слишком уж символичное совпадение выходит…
Насыпь начала понижаться и вскоре пропала вовсе, вместо тополей к рощице протянулась полоса невысоких кустов, акации, в основном, и орешника.
— Интересно девки пляшут! — выдал Напалм, когда из травы показались глубоко погрузившиеся в землю шпалы. Немного дальше виднелись и ржавые рельсы.
Яна замедлила шаг и неуверенно произнесла:
— Я что-то чувствую! Там что-то есть.
— Там железнодорожная станция, — подсказал я.
— Бывал здесь раньше? — удивился Напалм.
— Бывал.
Еще как бывал! Именно здесь я и провалился в Приграничье! Просто выбежал из вагона на каком-то полустанке за пивом и очутился здесь. Я да еще Катя…
От старых воспоминаний неприятно заныло в груди.
— Стойте! — насторожилась Яна. — Шторм забивает все, но там есть еще что-то магическое!
— Или кто-то, — поправила напарницу Лика.
— Тогда уж нечто, — вздохнул я и поменял магазин с картечью на зажигательную дробь. — Прикройте, что ли…
Но Лика уперла руки в боки.
— Зачем нам туда идти⁈ — возмутилась она.
И сразу сорвался на крик Напалм.
— Разуй глаза, женщина! — заорал он, тыча в расползшуюся на полнеба воронку облаков. Нас уже немного захватывало самым краешком ее кудлатых и размочаленных туч, и снег валил все сильнее. Магическое поле рвалось и дергалось, по нему бежали волны, словно по штормовому морю.
Штормовому — да…
Лика явно намеревалась настаивать на своем, но я решительно объявил:
— Это не обсуждается! — и поспешил к станции.
Напалм, а затем и Яна двинулись следом, а упрямая ведьма меня нисколько не волновала.
К счастью, Лике хватило ума взять себя в руки и прекратить истерику. Она нагнала нас уже у перрона и предупредила:
— Здесь что-то не так!
Я и сам чувствовал смутное беспокойство, но списывал его на приближающийся шторм, а только посмотрел на черные оконные провалы билетных касс и невольно попятился. Оттуда в ответ на нас глянула сама тьма.