— Давайте дальше сами. Окно на поляне.
— Уверен? — уточнила Лика. — Не хотелось бы потерять время!
— Уверен! — отрезал я. — Идите!
Сам продвигаться дальше попросту боялся. Затянет и выкинет непонятно куда. Я словно стоял у слива, а вокруг с бешеной скоростью закручивалась воронка энергии, невидимой и неосязаемой для всех, кроме меня.
Валькирии отправились на поляну, а я отошел к росшим с краю просеки деревьям и воткнул с обратной стороны осины штырь датчика. Жаль, у предыдущего окна об этом не вспомнил…
— Что это? — немедленно заинтересовался Напалм.
— Тсс… — прошипел я. — Секрет.
— Скользкий, ты че опять мутишь?
— Слышал такое высказывание: доверяй, но проверяй?
— Иосиф Виссарионович одобряет! — отозвался пиромант и немедленно добавил: — Как говорится, попытка — не пытка!
— Был бы человек, а статья найдется!
— Незаменимых нет!
— Вот и поговорили, — усмехнулся я, и в этот момент на поляне сверкнула белая вспышка. В воздухе замелькали странные символы, мертвую траву затянула изморозь, понемногу иней перебрался и на деревья, засквозило холодом. Сыпавшаяся с неба морось превратилась в колючую ледяную крупу.
— Как-то слишком уж круто, — забеспокоился Напалм, выдохнув облачко пара.
Мы попятились, а свечение между тем разгоралось все сильнее и сильнее. Неожиданно на его фоне возник черный силуэт, но по мере того, как он приближался, эффект контраста пропал, фигура делалась светлее и четче.
Яна!
На ресницах ведьмы серебрилась изморозь, щеки раскраснелись от холода. Сдуру я обнял девушку и едва не отпрянул в сторону, до того холодной оказалась ее одежда.
Сияние замерцало и начало гаснуть, и тогда я уловил явственный хлопок, незримая сила отпустила меня, круговорот энергии пропал.
Окно было закрыто.
Вскоре подошла Лика, ее замороженная кожаная куртка скрипела при каждом движении, а в грязи за ведьмой протянулась цепочка застывших следов. Но валькирия никакого неудобства от стужи не испытывала.
— Дело сделано! — объявила она. — Идем дальше!
— Да-да! — поддержал ведьму Напалм. — Пора валить до дому!
(2)
3
Всю обратную дорогу вместо мороси с неба продолжала сыпать колючая снежная крупа, да еще иногда начинали валить мокрые хлопья снега. Трава очень быстро стала белой, кусты склонили к земле ветви с обледеневшей листвой, и только на земле снежинки моментально таяли; под ногами, как и прежде, чавкала жидкая грязь.
— Ну и хрен с ним, — пробормотал, клацая зубами, озябший Напалм. — Зато без приключений обошлось.
Видеть пироманта продрогшим до костей мне прежде еще не доводилось. Вероятно, сказывалась повышенная интенсивность магического излучения.