Голова болела невыносимо. Да что там. Она кружилась так, что глаз Таня открывать не хотела совсем.
Это что же такое было вчера? Таня со стоном повернулась на бок и рухнула на пол, больно ударившись копчиком.
Голова кружится не перестала, но зато девушка сразу открыла глаза.
Это надо же было так вчера отметить день своего выхода в долгожданный отпуск, а?
Свалиться с собственной постели, это уже перебор. Еще и ударилась-то как. Синяк будет. Таня вздохнула и, потирая пострадавшее при падении место, попыталась взгромоздиться назад.
В постельку, свою постельку.
Однако…Боже! Это не Танина постелька. Уж Таня-то знает. У Тани приличная двуспалка. Даром, что живет она уже несколько лет одна, но любит вот раскинуться во сне, да.
А тут… Таня глаза-то раскрыла еще сильнее и в темноте постаралась рассмотреть все внимательнейшим образом. Точно. Это не ее постель. Да это и не постель вообще! Это…лавка, что ли? Узенькая совсем. Покрытая, правда, мехом… Чем-чем?! Каким таким мехом? Таня затрясла головой и охнула. Головокружение усилилось.
— Нет, это что же такое-то? — Таня потерла глаза и прислонилась к стене да как отпрянет. А потом взяла да и дотронулась до стены рукой. Мамочки-и…
— Это что, бревно?! — девушка совершенно четко ощутила под рукой теплое дерево. У бабули в деревне вот так было. “Избушка на курьих ножках”, — так она ее называла шутя. Маленький домик на окраине деревни. Теплый зимой и прохладный жарким летом. В бетонных джунглях, где жила и работала Таня, не было места ничему, кроме бетонных стен.
— Нет, погодите, — Таня вспотела, — Откуда у меня деревянная стена-то? Зачем я только пиццу эту доела? Вот и привиделось невесть что!
Но тут заныл копчик. Копчик ныл и пульсировал, обещая к утру полноценный синяк. Таня несколько раз открыла и закрыла глаза. Даже ущипнула себя за мягкое место. Было реально больно.
— Не сплю? — пробормотала девушка. — Что же тогда?
В груди тихо зрела, набирая обороты, истерика. И наконец вскинулась высокой волной.
— Откуда лавка?!
— Какие-такие меха?!
— И вообще, где я-а-а?!
Таня кричала как ненормальная, наверное, минут десять, не меньше. И только потом заметила, что не слышит ни звука. Вокруг стояла тишина. Полная тишина. Выходит, она все-таки спит и кричит во сне? Раскрывает рот, как рыба, вытащенная из воды и ни звука не проникает наружу.
Стоп-стоп.
Ведь Таня не рыба. И она точно знает, что кричит… Тогда… Тогда почему никто ее не слышит, почему никто не приходит?