Бишкек от залпа меклара потерял меньше четырех сотен урона и за счет отличной регенерации обещал через полминуты восстановить здоровье полностью. Только я подумал об этом, как неуловимая комета, за которой даже взглядом было сложно уследить, вынырнула из-за препятствия и с силой врезалась в начавшего поворачивается боком танка.
Кометой оказался Скипидар. Судя по всему, первым ударом, который даже через резисты снял танку одну пятую хитов, он активировал какое-то комбо ближнего боя и сейчас «разгонял» его, проводя почти неуловимые удары по спине турианца. Я среагировал моментально. Присев на землю, активировал сначала «Капкан корней», чтобы лишить киборга маневренности, но тот и не думал вырываться, продолжая наносить урон.
Поняв, что это не сработало, я, не меняя позы, принялся отлечивать танка. Нельзя сказать, что это полностью снизило скорость потери жизней Бишкеком, но его полоса здоровья перестала так угрожающе сокращаться.
Я и не думал вмешиваться в это избиение. Какой в этом смысл, если Скипидар, успевший «разогнать» комбо, «сложит» меня за пару-тройку ударов. Против грубого напора и двукратной разницы в уровнях не поможет ни саккурадитовый скелет, ни кислотная кровь.
Не прекращая отхиливать танка, я поднял глаза вверх, на табло с коэффициентами ставок в режиме лайв. Теперь цифры были более приближены к реальности, и я улыбнулся, видя, как меняется счетчик пассивки турианца, который сейчас показывал цифру «12».
— Пап, терпи! Не отступай, он убьется об тебя! — оборачиваться на Герду не было ни сил, ни времени.
Стоит мне отвлечься, и Бишкек, который был для меня живым щитом, может не досчитаться нескольких десятков хитов здоровья, а это сейчас критично. Мы с самого начала распределили роли, и Герда, как молодая и опытная, должна была прикрывать тылы. Если девушка молчала, значит, у нее все нормально. Поэтому я сконцентрировался на своей нынешней задаче, а именно на поддержке танка.
Это не мешало считать в уме примерный урон Бишкека. Первый стак «Гранитного града» отнимал смехотворные десять единиц физического урона, второй уже снимал двадцать, третий — сорок, а четвертый — восемьдесят. Сейчас над головой Бишкека, чей панцирь на спине уже покрылся трещинами, висела цифра «14».
Прикинув в уме урон четырнадцатого стака, я присвистнул. Выходило шестьдесят две тысячи «зеленого» урона! Да, «зеленый» урон — это не «белый». Он «режется» пассивками, резистами и броней, но шестьдесят две тысячи!!! У Скипидара нехилые резисты плюс запас здоровья, но за последний стак он потерял почти четверть от общего уровня здоровья, а в общем вытанковал почти сто двадцать пять тысяч! Еще два стака «Гранитного града», и Скипидар улетит на реинкарнацию с одним хитом здоровья.