Обычно в этот момент мне снится, что я откуда-то падаю, вот только за секунду до того, как разбиться, я просыпаюсь у себя в кровати.
Психолог, к которому я ходил на пару сеансов, уверял меня, что это обычное дело, и ничего страшного в этом нет.
Моя бывшая девушка, с которой я встречался целых полгода, утверждала, что это моя душа летает во время сна и резко возвращается в тело.
А школьный друг, с которым мы играли в Доту, заверял меня, что это не что иное, как попытка моего сознания пробиться в параллельные миры. Попаданцы, магия и всякое такое.
Никого из них я до недавнего времени всерьез не воспринимал. Особенно бред про попаданцев.
Вот только увиденное после пробуждения заставило меня кардинально изменить свою точку зрения.
Первые несколько секунд я тупо смотрел перед собой, не понимая, где я и как здесь оказался. А потом меня накрыло.
Я вспомнил беседу с Илюхой и его дядей, свою спонтанную прогулку в горы, падение с валуна, золотую воронку и странный сон, закончившийся не менее странным пробуждением.
А ещё, я точно помнил, что после попадания в воронку, у меня скрутило кишки. Причем, почему-то, дважды.
— Так, Макс, надо мыслить логически, — я аккуратно поднялся на ноги и огляделся вокруг. — Это не может быть другой мир, потому что такого не может быть никогда. А значит… я просто провалился в пещеру.
Вот только на пещеру то место, где я оказался, походило меньше всего на свете.
Гладкие каменные стены, с вырезанными на них золотыми символами, которые тускло светились в темноте…
Две стоящие у ближайшей стены мраморные статуи — левая поменьше, правая побольше…
Идеально ровный пол, разукрашенный золотыми письменами и рельефный золотой круг, в центре которого я очнулся…
Больше всего это место походило на древний подземный храм. И сколько бы я ни вглядывался в нависшую надо мной тьму, разглядеть потолок я так и не смог.
Хорошо хоть многочисленные золотые орнаменты, бегущие по полу и стенам, излучали мягкое сияние, освещая часть… храма?
— Спокойно, Макс, — прошептал я себе под нос. — Ты упал с валуна, и тебе повезло провалиться в яму. Вот так ты сюда и попал. А сейчас ты не видишь этой ямы, потому что на улице ночь.
Умом я понимал, что несу полный бред.
Во-первых, я точно помню, что под валуном не было никакой ямы. Только покрытые мхом камни.
Во-вторых, до потолка, которого я даже не видел, было навскидку метров пять, и если бы там была яма, то её было бы видно.
В-третьих, упади я с такой высоты, то точно что-нибудь бы себе сломал. Я же был в полном порядке.
Да и остатки золотистого тепла, в котором я нежился во сне, как будто бы до сих пор были со мной.