— Предок приютил мальчишку, — продолжил экскурс в историю Распутин, а его голос отражался от стен. — У юного Романова-Миралтайн была уникальная предрасположенность к магии жизни.
— Целитель?
— Не совсем, — покачал головой граф, улыбнувшись. — Он был Изиором. Знаешь таких?
— Запечатавшие особым ритуалом свой дар внутри тела целители, — потёр я лоб, вспоминая один старый орден из прошлой жизни. — Других лечить не могут, но из-за своей особенности обладают невероятной регенерацией, физической силой и долголетием.
— Именно так, — кивнул Распутин. — Сергей Романов заключил с предком соглашение о взаимопомощи. Николя дал ему кров, защиту и армию нежити, а Сергей помог ему в создании слуг, ставших в последствии побочными ветвями рода Распутиных. Слишком уж сильные они получились, пусть их дар некромантии и уступал представителям основной ветви.
Стоило графу закончить говорить, как я замер на месте и из-за этого чуть не споткнулся. Так и стоял с одной ногой в воздухе, а шестерёнки в голове заработали с убойной скоростью.
— Искусственная жизнь. Гомункул. Химерология. Некромантия, — слетали с моих губ рубленные фразы. Распутин остановился и повернулся ко мне, продолжая улыбаться. — Ваш предок и Романов сотворили разумную жизнь в обход великой концепции?
— Я рад, что не ошибся в твоём уме, Костя, — довольно проговорил граф. — Да, они смогли создать настоящую, разумную жизнь искусственно, обойдя саму суть концепции Жизни. Более того, они сделали это так, что душа в их созданиях зарождалась без лишних костылей, вроде якоря душ, который используют некроманты.
— А ваш предок, Григорий Ефимович, не передавал свои знания кому-то ещё? — вспомнил я недавний разговор с дядей Жорой и женщину-химеру.
Граф приподнял бровь, внимательно рассматривая моё лицо.
— Нет, — дал он ответ спустя несколько секунд. — Я догадываюсь к чему твой интерес, читал отчёты Нулевого Отдела с недавнего покушения на твою персону. Чего уж тут, — покачал Григорий Ефимович головой. — Я виделся с этим несчастным созданием. То, что с ней сотворили, Костя, дикость. Пусть мы, некроманты, почитаем смерть, но и жизнь для нас важна. И эта девочка не заслужила того, что с ней сделали.
Я промолчал, хотя мог бы добавить, что по сути у химеры и нет жизни. Биоконструкт, как её называл дядя Жора. Человеком её считать в корне неправильное решение, но, опять же, я рассматриваю это со стороны своей прошлой жизни, а там… многое пришлось повидать, в общем. Так что, возможно, эта женщина отличается от известных мне гомункулов. Мне бы самому пообщаться с ней, посмотреть на неё и провести собственный анализ её разума и физического тела.