Ей позвонила Бертяшова и сказала, что Владислав Сергеевич, то есть ее муж, согласился на мировую.
– На мировую? – уточнила Тася, сильнее сжимая телефон.
– Вы не ослышались. – Наталья Васильевна улыбнулась.
– И что это значит? Извините, я что-то растерялась.
– Ничего страшного. На все уточнения у вас есть я. Владислав Сергеевич выплатит вам пятьдесят процентов от стоимости квартиры. Причем не по кадастровой стоимости, а по рыночной.
У Таси голова пошла кругом.
Как выплатит?.. Серьезно?.. Вот так возьмет и выплатит?
Оказалось, что да. Вот так возьмет и выплатит.
Причем пятьдесят процентов от суммы он выплатит сразу же. Оставшуюся часть за год. При этом на квартиру будут наложены какие-то запреты. Ее нельзя будет продать и даже сдать в аренду. А если Влад задержит платеж, то пойдут штрафные санкции.
Самый шедевральный пункт по мнению Таси состоял в том, что, если задержка с выплатой будет регулярной, квартира перейдет ей.
Она читала документ, смотрела на подпись Влада и отказывалась понимать.
Бертяшова была волшебницей? Или что?
Но и это еще не все!
Влад ей не звонил. Не писал. Не настаивал на встрече.
Ни одного посыла в ее жизнь.
Будто он в ней и не существовал никогда и они в данный момент не находятся на стадии развода и дележа имущества.
Тася качала головой.
Да, все-таки где-то рядом с ней пролетел волшебник.
Наталья Васильевна также сообщила, что в суд ей приходить не обязательно. Разведут без ее присутствия. Тася и не думала спорить. Кого-кого, а Влада она видеть больше не хотела. Никогда.
Она не простила его. Он пытался ее изнасиловать!
Поэтому… все правильно.
И теперь она была… э-э-э… ну, скажем, с финансами. На ее счету лежала приличная сумма. Что делать с ней, Тася пока не решила. Ее никто не торопил. Ни родители, ни она сама. Зачем?
Была мысль выучиться на права и купить автомобиль. Опять же, зачем? По поселку ездить? Так ей до работы пятнадцать минут идти. А учитывая, сколько она сидит и стоит, пешие прогулки ей жизненно необходимы. Это сейчас она молодая и энергичная. А что будет с ее суставами и спиной лет через десять?
Н-да, влияние бабушек-соседок, вечно стенающих про суставы, сказывалось.
Про бабушек-соседок Тася, конечно, преувеличивала. В поселке было много молодых семей. В школе в некоторых параллелях было по два класса, а это совсем неплохо.
Ее жизнь определенно менялась. И в лучшую сторону.
Та реальность, в которой Тася пребывала, ей очень даже нравилась.
Ну почти.
Про «почти» она вроде старалась и не думать. Хотя кого она обманывала? Как не будешь тут думать, когда тот же соседский дом напоминал ох как о многом.