Вроде бы не сказал ничего страшного, но его слова морозом проползли по моей спине, вдоль позвоночника.
— Клай, — спросила я, — а ты Ланса видел?
— Не поверишь, леди-рыцарь, — грустно сказал Клай. — Видел я Ланса. И ты увидишь. Мы там много кого увидим.
— Медики придут вместе с армией, — сказал Валор. — Будем надеяться на нашу удачу. Идите, друзья мои. Идите. Всё получится.
Мы спустились. Внизу, у входной двери, Клая ждали ещё трое ребят Трикса. Эти были до изумления чистые, с чистыми волосами, разве что у одного осколок разрезал китель и рубаху под ним, как ножницами, — в разрезе виднелся вспоротый каучук и блестел металл.
— Контролируете первый этаж, — сказал им Клай. — Тут вообще-то мессир Валор везде защиту поставил, но мало ли… Любую нежить — истребить, а если что живое — постарайтесь взять живьём. Тут любопытно, как оно уцелело, если что.
Они остались, а мы вышли. И меня остро удивило, что день-то наступает солнечный, а не серая хмарь, как мне казалось в штабном корпусе. Просто там, впереди, что-то ещё страшно дымило, дым облаком расплылся над секретной базой, как громадная грозовая туча. Воняло мерзко: гарью и падалью, сгоревшими костями и мясом, сгоревшим тряпьём и деревом, горелой серой и ещё чем-то неопределимо гнусным. Тяпка чихнула раз, чихнула два, а меня не тянуло чихать, меня начало мутить.
— Тошно? — спросил Клай. — Давай пойдём помедленнее — и постарайся дышать не очень глубоко. Это их фабрика горит. Она рядом с храмом была. Я успел увидеть, что у них там было. И трупы, которые они приготовили для обрядов, и нежить в банках запечатанных — много всякой мерзости поджарилось. Не удивляет запах.
— Это ты взорвал? — спросила я, пытаясь дышать ртом.
Хельду, небось, сейчас легче: он запахов не чувствует. Отличное качество для демонолога: ад страшно вонючий.
— Нет, — сказал Клай. — У меня с моей группой цель была — пройти в закрытую зону, взорвать храм и пробиться к пленным. Мы разделились после боя в штабном здании. Но там, я скажу, вышло просто и кроваво: там охрана была сплошь люди, и большинство — простецы. А кто с Даром — немного, но за двоих я ручаюсь — штатские и не ждали. Гэрис одному шею сломал раньше, чем тот вообще сообразил, в чём дело: выскочил в коридор ругаться, что шумим, мешаем им с Хаэлой заниматься научной работой…
— Хаэла сообразила быстрее? — спросила я.
— Этот ругатель её спас, — сказал Клай. — Время для неё выиграл. Сообразила и среагировала моментально, захлопнула дверь — и, наверное, тут же запечатала. А вот я не успел сообразить, что трогать не надо, и Флай сгоряча дёрнул… ну и всё. Потеряли его. Начертить печать у неё времени не было, но, быть может, был трафарет… Потом у Валора спросим.