— Остановите здесь, пожалуйста.
Да. Огромный дом, выглядывающий из глубины утопающего в зелени сада. Невысокие, но явно недоступные для незваных гостей ворота и витая ограда вокруг. Горящие окна только на третьем этаже — там, где традиционно живет прислуга. Автомобильная дорога до дома, освещенная наземными фонариками. Деньги, власть и многие поколения аристократии. Я почувствовала, как у меня встает комок в горле.
— Конечно, — произнесла я вежливо, развернулась и припарковалась у ворот дома.
— Спасибо, — сказал мужчина, открыл дверь, не без труда выбрался из машины под наше гробовое молчание и вышел.
Мы посидели немного, наблюдая, как он медленно, хромая и опираясь на трость, идет к воротам, открывает маленькую калитку, проходит внутрь, и тут неугомонная Полина озвучила общую мысль:
— А как же деньги?
У меня не открылся рот попросить у него денег. Если он сам не сообразил, то как-то неловко… Да, я дурочка и поступила глупо и нелогично, но что поделаешь, если в таких ситуациях, когда надо просить для себя, у меня все противится внутри и отнимается язык?
— Может, доедем без дозаправки, — оптимизма в моем голосе было хоть отбавляй.
Но не тут-то было. Не отъехав от дома и трехсот метров, машина встала прочно и бескомпромиссно.
Я в ярости вышла из автомобиля, достала пачку сигарет и закурила. В нашей семье курила только я одна; впрочем, работая в хирургии, трудно не закурить. Девчонки выбрались из салона, окружили меня. Переулок был глух и тих, ближайшая заправка из тех, что я помнила — в двух километрах отсюда, а метро — рядом с ней. Автобусы в этом районе не ходили — у аристократов, живущих здесь, просто не было в них нужды.
— Может, бросим машину и продукты, дойдем пешком до метро, а завтра вернемся и заберем? — предложила молчавшая до сих пор Алинка.
— Продукты испортятся, — тоскливо протянула Полина, — да и посмотри, какой квартал. До завтра машину обязательно эвакуируют, потом ищи ее на штрафстоянках и выкупай. А откуда мы деньги возьмем?
Пухленькая Каролина ожесточенно жевала пончик и молчала. Она всегда ела, когда нервничала, и надо бы ее показать психологу, но он стоил больше, чем содержание машины или пончики.
Я докурила, пальцы мои дрожали, как всегда перед отчаянным шагом. Было дико страшно.
— Я сейчас все решу, ждите в машине. — И я пошагала обратно, к дому, у которого мы высадили попутчика.
Подошла к воротам, позвонила. Засветился экран справа, появилось изображение охранника.
— Что вам нужно?
Я тряслась как заячий хвост.
— Я владелица машины, довезла хозяина дома, ну вы видели ведь? — По его лицу было непонятно, слышит он меня или нет. — Дело в том, что он забыл кое-что.