— Давно?
— С самого утра суетятся, — доложил посланец.
— А что англичане? — заинтересовался Меншиков.
— У тех все тихо.
— Тогда и нам беспокоиться не о чем, — беспечно отозвался светлейший.
— В самом деле?
— Поверьте моему опыту, Константин Николаевич, — усмехнулся князь. — Сегодня ничего серьезного не будет. Но даже если произойдет какая-нибудь мелкая стычка, мы в любом случае успеем отобедать. Не желаете?
— Пожалуй, я откажусь.
— Нет аппетита?
— Опыт подсказывает, что ранения натощак не так опасны.
— Как угодно-с, — скривил недовольную рожу князь.
— Честь имею, господа! — попрощался я, обведя напоследок взглядом генералов и их свиту, после чего вернулся к себе и, как вскоре оказалось очень вовремя.
Несмотря на то, что маршал Сент-Арно давно и тяжело болел, его трагическая гибель стала большим ударом для французов. Совсем недавно дослужившийся до дивизионного генерала Франсуа Марселин Сентер де Канробер не имел ни опыта, ни авторитета в войсках, ни дипломатических способностей своего предшественника. Тем не менее, на случившемся накануне сражения совещании, им с лордом Рагланом удалось найти взаимоприемлемое решение.
Поскольку главной целью экспедиции являлся Севастополь, а армия Меншикова недвусмысленно преградила им путь, союзникам следовало атаковать ее. Причем французы должны были сковать главные силы русских. На долю англичан досталось обойти противника на левом фланге (ближе к Тарханлару), и, угрожая прижать его полки к морю вынудить к отступлению. Если же, дикие московиты станут упорствовать, им же хуже. Подойдет могучий британский флот и тогда оказавшимся меж двух огней варварам не останется ничего кроме капитуляции.
В теории все это выглядело вполне выполнимым и не особо сложным, но на практике же, не успели предназначенные для атаки войска построиться, как начались трудности. Во-первых, когда французы уже совершенно приготовились к наступлению, выяснилось, что большинство их союзников еще даже не покинули своих палаток. Во-вторых, вышедшая было в поле Легкая бригада, на которую возлагались большие надежды, так и не решившись атаковать казаков с гусарами, вернулась в лагерь.
В конце концов, не понимавший, что происходит Канробер послал к британцам полковника Трошю. Добравшись до ставки Раглана, он имел возможность убедиться, что островитяне совершенно не торопятся.
— Милорд! — воскликнул Трошю, при виде английского командующего. — После всего, что мы обсуждали вчера, генерал Канробер смел надеяться, что ваши доблестные войска, составляющие левое крыло боевой линии, выступят никак не позднее шести часов утра!