— Может после этого Нового года дальше прояснится мое видение. Ничего не могу сказать по такому поводу пока, — ухожу я от ответа и вижу, что майору подобное все больше не нравится.
Как бы до жестких форм допроса дело не дошло. На такой случай я припас случайно найденный во время отжимания маленький осколок бутылочного стекла, собираюсь полоснуть себя по венам на руке, чтобы показать серьезность своих намерений.
И ведь все подобное из меня могут попробовать вытрясти, как только информация про загадочного узника ведомственного санатория дойдет куда-то повыше местного ленинградского начальства.
Но тут я, как в воду глядел, на исходе третьей недели внезапно ночью заехала во двор машина. Потом какое-то время моя охрана препиралась с какими-то настойчивыми товарищами, не собираясь меня отдавать.
Но, похоже, предъявленные бумаги все же убедили майора в своей серьезности и оригинальности, хотя он долго требовал дать ему сделать звонок своему непосредственному начальству. Только звонить из домика не выйдет, для подобного нужно бежать на охрану, а гости сурово наезжают и грозят увольнением без выслуги лет за неисполнение приказа какого-то особенно вышестоящего начальства.
Разговор идет в предбаннике за незакрытой дверью, и я хорошо слышу, как начинает меняться моя судьба.
«Да, теперь ты переезжаешь в Москву, скоро познакомишься с новыми суровыми хозяевами твоей жизни и, как знать, куда тебя все подобное приведет, — с грустью понимаю я. — Вполне возможно, поможешь Горбачеву свалить СССР еще быстрее».
Пререкались майор при поддержке Второго минут десять, потом они все вошли в коридор, включили свет, и я в замочную скважину смог разглядеть пару таких же людей-медведей, как Третий, примерно.
Опергруппа из Москвы вообще поражает своим видом, такие мощные кабаны-переростки, явно со всей страны собирают таких мордоворотов.
— Вставай, Игорь. Собирай сумку, ты переезжаешь! — слышу я приказ майора Паши в открывшуюся дверь.
Но тут он видит, что я уже одет и сумка моя собрана.
— Собрался уже? — пропихивается мимо кряжистый комитетчик.
— Собрался. Но хочу знать, по чьему распоряжению меня перевозят! Кто вы вообще такие? — снова я проверяю степень своей новой свободы.
— Не ерунди, Игорь. У товарищей все в порядке с документами, — утомленно говорит мой майор Паша.
— В порядке? А по рожам видно, что на ЦРУ точно работают и хороший счетик в женевском банке имеют за продажу Советской Родины оптом и в розницу! — поднимаю я снова ставки.
— Ну, ты договорился, — усмехается один из людей-медведей.
— Вколи ему успокаивающее, — командует он второму.