— Хорошо, что вы познакомились с майором Варга, — продолжил генерал, — а со всеми Варга надо дружить, — он засмеялся. — На севере они до сих пор имеют очень много влияния. Признаться, я приехал сюда, чтобы повидать вашего деда, Станислав. Он как-то меня приглашал, чтобы закрыть уже эти вопросы между нашими семьями.
— Когда визит? — спросил майор.
— Завтра. Я думал, что выйдет сегодня, но сегодня ваш дед меня не принимает, перенёс визит на завтра. Сегодня он чем-то занят. Будто до сих пор остались Великие Дома, и он во главе одного из них, — Рэгвард хмыкнул. — Завидую даже, как он умеет себя поставить. Я же тоже из Великого Дома, но если я буду так делать, меня не поймут.
— Дедушка успел застать те времена, когда ещё были Наблюдатели, — сказал Варга. — Скажу это не ради хвастовства, но многие до сих пор считают за честь к нему попасть. Даже императоры.
— Я слышал, — генерал кивнул. — Ну да ладно, сегодня отдохну в гостинице, а завтра к нему в гости.
Рэгвард и Варга вышли на своём этаже, а мы добрались до первой палубы.
На крепости был парадный мостик с бронестеклом, откуда открывался отличный вид, но в бою им по понятным причинам не пользовались. Никакое бронестекло не выдержит прямое попадание снаряда или ракеты.
Все военные операции проводились в глухой бронированной рубке, а за обстановкой следили с помощью наблюдательных постов и сложной системы перископов.
Помещение рубки было достаточно тесным. Немалую часть занимали кресла командира крепости и его старшего помощника, рядом с ними размещался стол штурмана, аппаратура связи и целый пост управления на одном помосте.
Ещё были радисты, шифровальщики, радиотехники, операторы радарных систем и прочие, но они в посадке не задействованы. А кроме них, на крепости ещё присутствовала целая орда механиков и инженеров, не считая десанта, пилотов, артиллеристов, врачей, санитаров и прочий обслуживающий военную машину персонал.
На борту всегда было около двух тысяч человек, включая восемьсот десантников, хотя сейчас нас стало меньше.
— Высота две тысячи восемьсот метров, — доложил молодой высотный оператор.
Крепости считались флотом, и командующий одной из таких считался одним из самых важных офицеров империи, поэтому был выше званием, чем принято на кораблях. Наш командующий был в звании контр-адмирала.
При этом я, хоть и находился на крепости, подчинялся Генштабу и имперскому командованию, но по уставу во время боевого маневрирования, посадки и высадки я был обязан выполнять приказы контр-адмирала. Но в обычное время он занимался только крепостью и сам подчинялся решениям командования и штаба.