— Неплохо. — вновь вмешался в работу экзаменационной комиссии Александр Петрович. — А ответь-ка нам вот на такой вопрос, Артём. Какую важную технологию нам удалось получить от сергианцев?
— Эмм… Энергетические щиты. Благодаря им мы почти перестали нести потери в схватках с чужими. — без раздумий ответил Нагайкин.
— Кривовато, но принимается. — произнёс профессор. По лицу Александра Петровича стало ясно — отвечай перед ним студент, и Лебедев поставил бы ему незачёт. — Что ж, Артём, ответишь ещё на один мой вопрос, и ты не только сдашь экзамен, но и получишь дополнительные баллы при поступлении на мой факультет. На какие основные классы делятся сергианцы?
— На три. — ответил мой одноклассник, и в его голосе послышалось недоумение. Ещё бы, любой житель колонии V знал, какими бывают чужие. — Пехотинцы, бомберы, и летуны.
— Назови основные различия. — продолжил задавать вопросы Лебедев. Ты смотри, как разошёлся профессор, не даёт учителям даже слово вставить.
— Александр Петрович, вас вызывают! — раздался из приоткрытой двери громкий шёпот. Я даже не понял, кто обращается к профессору, женщина или мужчина.
— Извините, коллеги, вынужден вас оставить. — тихо произнёс Лебедев и, склонившись к уху директора, что-то коротко прошептал. От услышанного густые чёрные брови Дениса Ильича поползли вверх. Он хотел что-то спросить у профессора, но тот быстрым шагом уже направлялся к выходу.
— Как думаешь, опять чужие? — поинтересовался шёпотом Дмитрий.
— Нет. Ты же знаешь, я бы почувствовал. — ответил я, а сам не сводил глаз с директора. Уж больно озадаченным тот выглядел.
Да, была у меня такая особенность — за несколько минут до очередного налёта сергианцев правый висок начинал пульсировать болью, а сердце словно оказывалось в тисках, которые медленно сжимаются… Врачи говорили, что я не один могу предугадывать появление чужих, но дать объяснение подобному феномену не могли.
Раньше я думал, что уникален, что однажды за мной придут военные, и помогут развить мою способность во что-то большее. Увы, но никто не пришёл, и со временем я прогнал прочь свои глупые мечты. Куда интереснее и заманчивее для меня стала возможность лично участвовать в отражении очередного нападения.
— Эй, Жека, ты что, оглох? — Захарыч вновь ткнул мне локтём в плечо. Здоровый кабан, от его толчка я еле удержался на стуле.
— Тихо ты. — шыкнул я на друга.
— Да ты посмотри, вся комиссия куда-то пошла. — прошипел друг. И правда, из всех экзаменаторов за столом осталась сидеть лишь Светлана Анатольевна, остальные уже выходили из аудитории. Последним, опираясь на трость, хромал Денис Ильич. Перед самой дверью он оглянулся, и почему-то пристально посмотрел на меня. Взгляд встревоженный — таким директора я ещё не видел.