Мальчик просто умер. Его жена, не найдя в себе силы покончила жизнь самоубийством. Повесилась пока его не было дома.
Он как-то рассказал мне эту историю по-пьяне. На его глазах сверкали слёзы. Помню, как он, взяв меня за затылок, так по-отцовски, сказал мне.
— «Я не хочу, чтобы они умирали поэтому и сам продолжаю жить. Пока я живу, пока несу воспоминания о них здесь»
Тут он показал на грудь.
— «Они продолжают жить. Они умрут лишь со мной, а когда я умру, я буду жить в тебе, сынок»
Тут он уже грубо, но так случайно спьяну, ткнул меня в грудь указательным пальцем.
— «Так, что не помри раньше меня, сына»
Дрожь заставляет стучать зубами, пока перед глазами пролетает вся жизнь.
Посредственно законченные девять классов, второсортная работа грузчиком в четырнадцать лет, а после пробы себя в продажах. Несмотря на то, что мне тогда не было и шестнадцати, благодаря моему желанию, я смог договориться с одним бизнесменом и начал продавать электронику.
У меня даже начало получаться. За пару месяцев, я стал лучшем в филиале. Начав получать достаточно, больше, чем в среднем по городу, я сразу же съехал на новую квартиру, ничего не сказав так называемой матери. Она, наверное, даже не заметила моего отсутствия.
«Интересно, она выжила?»
Выкинув ненужную мысль с головы, я открыл глаза, которые не помню, когда закрыл. Лицо Гноми, его нет.
«Гноми»
Сердце будто бы сдавили холодные руки, одетые в белые перчатки. Режущая боль прошлась, словно ток по спине. Горло сдавил страх.
«Гноми. Где ты? Гноми!»
Внутри я кричу, но лишь внутри. С губ слетает лишь хрип. Я двигаю взглядом, терпя боль, но не могу найти его. Хочу ещё раз увидеть его лицо. Его чуть ли не отцовский взгляд, взрослые морщины вокруг глаз, услышать хриплый голос, вновь вдохнуть неприятный, пропитанный перегаром запах.
«Страшно. Я не хочу оставаться один»
Чувство беззащитности начало поглощать меня. Хочу пить, двинуться, заснуть, закричать, подняться, но ничего не получается. Я стал беспомощным, словно новорождённое дитя, как тогда, когда сидел дома, один за столом, ожидая мать с попойки. Она бы ударила меня, накричала, почему я опять не сплю, но это лучше, чем оставаться одному в той маленькой комнатушке.
«Почему я вообще заболел?»
Видимо, чтобы хоть как-то сбежать от этой боли, мозг переключился на причину всего того, что происходит со мной.
Это не обычная простуда и даже не страшная болезнь. Нет, не всё так тривиально. Причина в потрясении.
Я впервые убил человека, подростка. Я понимал тогда, что это самое лучшее, что я мог сделать для него.