В кофейню вбежал Эллиот – молодой человек с вечно взъерошенными волосами и чернильными пятнами на пальцах. Обычно он садится с чашкой кофе куда попало и что-то быстро-быстро записывает в потрепанный блокнот. Подозреваю, что сочиняет стихи.
– Доброе утро, мисс Блэквуд. – Эллиот слегка поклонился. Был особенно бледен и взволнован. – Американо, пожалуйста… без сахара.
И все – я для него исчезла, он жадно смотрел на кофеварку в ожидании предсказания.
– Если будешь смелее – всё получится.
Эллиот побледнел, потом густо покраснел. Он схватил чашку так поспешно, что едва не расплескал, пробормотал невнятное и плюхнулся за столик в дальнем углу, где принялся лихорадочно перелистывать блокнот.
День начинался ровно так, как я люблю. Кофеварка работает, кофе продается, посетители уходят счастливыми, с верой, что впереди их ждет что-то хорошее. А я, глядя на них, радуюсь… Ну красота же!
В дверях возник новый посетитель. Действительно совсем новый!
Я прожила в нашем городке всю жизнь. Знаю каждое лицо – от важных господ в цилиндрах до мальчишек-газетчиков. Но этого человека я видела впервые.
Высокий… С той породистой, уверенной статью, которая либо дается от рождения, либо нарабатывается привычкой повелевать. Тёмные волосы, чуть влажные от утреннего тумана, были зачесаны назад, открывая четкий, благородный профиль. Сюртук из тонкой синей шерсти сидел на нем безупречно, а портфель в руке он держал легко и небрежно.
А какое выразительное лицо… Острые скулы, волевой подбородок, губы, сложенные в спокойную, чуть насмешливую полуулыбку. И глаза – серые, но с таким глубоким, холодным отливом, что кажутся почти стальными.
– Доброе утро! Говорят, у вас лучший кофе в городе… – сказал он таким тоном, словно хотел обвинить меня в этом.
– Ну да… – я почему-то оробела, – кофе очень хороший.
– Приготовьте мне чашечку.
Он тяжело вздохнул. Можно было подумать, что его вынуждали делать заказ.
– Эспрессо, американо, капучино? – засуетилась я.
– Без разницы, лишь бы это был кофе.
Похоже, мои вопросы его раздражали… Что ж, без разницы так без разницы. Значит, будет эспрессо. И пусть потом не жалуется, что кофе налили слишком мало и он какой-то очень уже горький!
Я нажала на кнопку, кофеварка заработала, выдавая порцию кофе. А металлический голос проскрипел:
– Негодяй, портфель тебе на ногу, а ну иди сюда, гадость собачья, решил ко мне лезть? Ты, нехорошая личность, кофе на голову вылить, а? Ну иди сюда, попробуй меня тронь – я тебя сама трону, мерзавец, початок кукурузный, будь ты неладен, иди, дурак, проучу тебя и всю твою семью, подлец, презренный тип, негодник, супостат, иди сюда, ты – удобрение для грядок, седалище!
Что-что? Я не могла поверить своим ушам.