— Я понял, Митрич. Ты просто злобствуешь, что мы с хозяином опять вас обставили. Сэ ля ви! — он развёл лапки и прокомментировал иностранные слова: — Такова жизнь, господин хороший! Сильные всегда сильнее!Умные — умнее!
— Ага, — закивал домовой. — А хвастливые — хвастливее!
Митрич давно смирился с соседством крыса, только иногда природное неприятие присутствия грызунов во вверенном ему помещении поднимало голову и плевалось ядом. Как сейчас. Крыс это знал и понимал натуру домового духа, не обижался, с удовольствием участвуя в пикировках.
— Пошли, лучше, разомнёмся, — дружески предложил Филимон. — У меня давно шторы не грызены и мебель не драна.
— И то верно, — согласился Митрич. — И лестница жиром не мазана!
До самого вечера домовой с крысом готовились к встрече новых жильцов. Вернее — жиличек. С особым удовольствием «украшали» мебель в спальнях и на кухне. Они ещё и в подвал наведались с таким же желанием, но оттуда их выдворил кот, трепетно охраняющий караванный мышиный путь. В его арсенале уже лежала пара маленьких зверьков, но такое количество унижало охотничье самолюбие серого.
— Маловато, для гостинцев-то, — поскрёб кудлатую бороду домовой.
— Знаю, — огрызнулся кот. — Идите уже отседова, не мешайте! Всю живность распугаете!
Грозно зашипев, великий охотник выгнал непрошеных гостей.
— Ох ты, ёптеть, — возмущался домовой. — Какие мы занятые!
— Ага, — поддакнул крыс, — видите ли, мы ему всю сафари попортим, — вставил он ещё одно заковыристое и непонятное духу слово.
— Ой, да ну его! — Митрич махнул рукой и заговорщицки зашептал на ухо герцогскому фамильяру: — пошли, лучше, места займём получше, чтоб новых жиличек рассмотреть!
И они припустили наверх.
По коридору дома я неслась сумасшедшей фурией.
— Дана! Быстро собирай Лину! Мы уезжаем!
Наша горничная, — не ошиблась, именно НАША с сестрой, так как дядюшка, «горестно повздыхав», урезал штат прислуги, — и по совместительству няня Лины, подняла на меня огромные карие глаза, в которых плескалось немое недоумение: « Душа моя, хозяйка, уж не ушиблась ли ты часом каким-либо важным органом?», но вслух спросила:
— Прямо сейчас? Не поужинав?
— Дана, не распотякивай, давай живее. Собери самое необходимое. Пойдём порталом, — выпалила я скороговоркой и умчалась в свою комнату.
С горничной-няней мне несказанно повезло. Девушка обладала бытовой магией, ангельским характером и души не чаяла в моей сестрёнке. Судорожно запихивая в дорожную сумку всё, что могло понадобиться на первое время на новом месте, я была спокойна — Дана сделает всё как надо. Вещей собралось не так уж и много, одной сумкой обойдусь. Сказалась строжайшая экономия последних лет. Но ничего. Главное — успеть. Когда сумка раздулась беременной бегемотихой и отказалась принимать внутрь что-либо ещё, я с трудом застегнула замок и прислушалась. Вроде бы кругом было тихо. Опекун, и правда, запер нас с Линой в замке, а сам укатил восвояси. Это было как нельзя кстати.