Наоборот, я ощущал чувство удивительной наполненности и лёгкости. Тело распирало от количества впитываемой благодати, но мне было мало. Зрение изменилось. Теперь я видел словно через стёкла очков. Стали зримыми нити подпитки боевого аркана. Оказавшись в центре огромной паутины, я без раздумий потянул силу к себе. Нити натянулись, но не сопротивлялись. Сила Рассвета и так текла в моём направлении, потому ускорить её ток не составило труда. Пирамидка потеплела в груди, одобряя мои действия.
Я же, потеряв всякий страх, принялся тянуться от одной нити к другой, выдавая подобие музыки на энергетических линиях подпитки. Воины Рассвета опускались на колени в полном опустошении, но я не мог прервать начатый процесс. Моё тело наливалось благодатью. Чешуя раскрывалась подобно сосновой шишке подсвечивая меня розовым светом.
Земля под ногами задрожала, а горошины благодати, разбросанные по округе и смешанные с кровью, поднялись в воздух, устремляясь ко мне. Я магнитом притягивал всю силу в округе.
Тело перестало ощущаться. Будто и не было у меня границ. Я сливался с солнечным светом, растекался по долине. Чувствовал холод шапок Каролийских гор и слышал хрустальный перезвон горных рек. Казалось, всего один толчок, и я взлечу в воздух на крыльях, купаясь в лучах магии Рассвета. Благодать циркулировала внутри горячими потоками, концентрируясь где-то вдоль позвоночника. Пирамида горела пламенем у сердца, языками слизывая болезненные ощущения.
Ещё один глоток Рассвета, и я перестану существовать, рассыпавшись росой и сливаясь с этим миром.
— Ты хотел, чтобы я нёс свет веры, — прошептал я, обращаясь к Альбу и не слыша собственного голоса, — и твоя мечта сбылась!
Вспышка розового пламени ослепила меня. Интуитивно я попытался из него выбраться, оттолкнувшись хвостом, и оказался в воздухе. Послышался треск чешуи, и за моей спиной расправились два чёрных кожистых крыла. Я бросил взгляд на своего врага и вдруг понял, что или сейчас, или никогда. Шипастый хвост вошёл в его горло с хрустом, ломая кадык и трахею. Тело главы Ордена Рассвета начало заваливаться набок, но, не успев коснуться растрескавшейся земли, растаяло розовым туманом.
Почему-то пришло понимание, что убил я кого угодно, но не Альба Ирликийского. А если быть точнее, то, скорее всего, эта тварь научилась создавать нечто сродни копий или аватаров для собственной трусливой задницы. И только что я убил одного из них. Такое не прощают. Да и я понимал, что после всего не смогу уйти. Вопроса с Агафьей это не решит. Значит, меня ждала разрушенная Обитель Великой Матери Крови. Однако и подстраховку никто не отменял.