— Как? Захватить ракетный дивизион? Ты с ума сошел?
— Да ни хрена подобного! — рьяно возразил я. — Это только кажется, что сложно. У пакистанцев там почти нет охраны, от кого им защищаться? От боевиков Бен Ладена? Да он половину людей купил.
Савельев задумался. Затем кивнул.
— Ну, я видел, как охраняют такие объекты здесь, в Союзе. Возможно, ты и прав.
Я смотрел на карту, уже прокручивая в голове варианты. Дивизион — это не просто склад. Это пусковые установки, расчеты, системы наведения. Если мы проникнем на объект, можно заставить оператора осуществить наведение и произвести запуск! Я далек от специфики ракетных войск, но кое-что помнил.
— Дивизион, это около шести пусковых ракет. Одного залпа хватит, а перезарядка и не нужна. Да на нее и времени не будет. ЗРК типа С-75 вроде бы могут бить по наземным целям, хотя там не все так однозначно и точность хромает. Но американские или китайские системы могут работать иначе. В любом случае, лагерь террориста накроет так, что мало никому не покажется!
— Гром, ты гений и псих одновременно! — произнес Савельев.
— Ага, сказал тот, кто в одиночку предотвратил аварию на ЧАЭС!
— Так я там и не один был. Твоя идея дерзкая, но почему нет?
Он тяжко вздохнул. Потом он сунул в рот остатки лепешки, прожевал. Встал, поправил перевязь.
— Ладно, Макс! Ты меня уговорил. Но если мы сейчас двинемся к этому дивизиону, то все делаем тихо, да? Мы здесь не для того, чтобы воевать с пакистанцами.
— Согласен, — я свернул обе карты, затрамбовал их в подсумок. — Идем смотреть на дивизион. А там действуем по обстановке.
Мы вновь завели мотоцикл, не теряя лишнего времени выехали из ущелья. Хорошо, что никто нас так и не стал преследовать. До дивизиона, судя по карте, было около тридцати километров по горной дороге. Вернее, по переплетениям дорог. Я прикинул время — ехать примерно час, если не будем сильно торопиться и не нарвемся на патрули.
— Гром, — окликнул Леха, когда мы проезжали очередной поворот. — А если получится? Если реально сможем накрыть ту крепость?
— Тогда Бен Ладена больше не будет. Раз и навсегда. Жестко, радикально, неожиданно. Пусть они потом сами между собой разбираются, как так получилось. Нас уже и след простынет. Вся его сеть, все его дальнейшие планы — все рухнет в один момент. Его окружение, его люди. Теракта попросту не случится.
— А мы уйдем. Найдем дорогу к границе, выйдем на своих. Доложим.
— Твой генерал Хорев, удивится. Но пусть потом кто-то попробует потом доказать, что к этому приложила руку советская разведка!
Я хмыкнул.
— Скажет спасибо? Возможно! Но сначала, устроит разнос. Несогласованная операция, вторжение на территорию чужого государства.