Именно до этого слоя и не смог добраться Жданов, так как ещё не научился оперировать иномирных созданий и действовать на иных уровнях, кроме физического. Ну ничего, пусть как раз учится. Я увидел в его глазах огромный интерес, когда он, как и все остальные увидели истинное положение дел со спиной Кьяры.
— Ох, бедняжечка! — ахнула Силикона, прикрывая глаза и выражая полное сочувствие. — Как же ты всё это время⁈
Девушка ничего не отвечала. Она уткнулась лицом в койку и замерла.
— Значит, так, Оралиус, — я начал распоряжаться процессом, иначе мы бы так никогда и не начали. — Ты берёшь семя крыльев. Ты говорил, что знаешь, как это делается.
— Да, — тот кивнул и в раскрытых ладонях поднёс мне нечто трепещущее и прозрачное. — Я уже всё подготовил. Это семя моих крыльев, так что будьте аккуратны.
— Дезик, ты должен создать обратное пламя, помнишь? — обратился я к Церберу, который, словно зачарованный смотрел на дело своих рук… точнее, лап… точнее, пастей. — Слышишь меня?
— Да-да, — очнулся тот и посмотрел на меня, а я заметил в его глазах слёзы. — Я всё помню.
И он принялся извергать на спину девушки пламя, больше похожее на струи воды, или на свечение радуги, нежели на пламя. Под воздействием этого совершенно необычного на вид пламени, шрамы на спине Кьяры раскрылись, исторгая обугленные остатки прежних крыльев.
Поскольку касалось всё это лишь магической сущности, то естественно, никакой крови не было. Вот только края ран всё равно оказались заражены паразитами, поглощавшими любое страдание.
Дезик тщательно обработал раны изнутри так, чтобы не осталось ничего, что могло бы повредить крыльям в будущем. Я смотрел на него и видел, как аккуратно и вместе с тем педантично он действует.
Дальше пришла очередь инкуба, и он подсадил трепещущее семя крыльев в очищенные прорези. Те колыхались и принимали нужное им положение.
— Вот теперь нужно поливать, — сказал он, со страхом глядя на то, что создал своими руками.
Поливать нужно было не только условно. Сначала несколькими каплями слёз Дезика я смочил зародыш крылышек, и он благодарно вытянулся вверх.
И вот после этого мы втроём должны были сейчас создать некое поле, где крылья смогли бы спокойно укорениться и занять своё место на спине Кьяры. Вот только мы совершенно не знали, как правильно это делать. Поэтому просто скрестили потоки благодати на спине девушки, попутно желая ей возвращения крыльев и победы над раной.
И сначала всё шло очень даже неплохо. Крылья вроде бы укоренились, раздвоились, пожелтели, что означало их здоровый цвет. А потом вдруг начали бледнеть и увядать.