— Разумно, — кивнул отец. — Не забудь утром пораньше проснуться, тебе ещё перед Елизаветой извиняться. И перед Викторией с Алексией тоже.
Выспался, на удивление, сносно, и утро мне не смог испортить даже ворчащий Прохор:
— Ты это, Лёшка, гонор свой поубавь. — Воспитатель развешивал на стуле мою свежую одежду, принесенную им из дома. — Ты хоть помнишь, как в приказном тоне с отцом общался при посторонних? С цесаревичем, на секундочку?
— Помню. Слегка не в себе был, — отмахнулся я.
— Не в себе он был… Почаще в себе надо бывать, и проблем не будет. Теперь по Виктории с Алексией. Ночью я с ними беседу провёл, проблем у тебя быть не должно, но за завтраком всё-таки постарайся быть с ними… поласковее. А сейчас мойся, одевайся и шуруй в покои отца, надо Лизоньку успокоить.
— Будет исполнено, господин императорский помощник! — вскочил и вытянулся я.
Общение с Елизаветой, с которой точно было все в порядке, прошло нормально, а все благодаря тому, что хитромудрый Иван еще ночью объяснил девочке весь этот ужас с потерей сознания ночным кошмаром на фоне ее и моих тренировок.
— Лёша, мне стало вдруг очень страшно! — рассказывала мне сестрёнка с округлившимися глазами, пока отец брился в ванной комнате. — А потом темнота! А потом дядька Иван меня разбудил, чаем напоил и заставил снова залезть под одеяло. А когда я не могла долго заснуть, он сказал мне считать овечек про себя. Ну, я и заснула. А что ты там такое тренировал?
— То самое состояние злюки, которым ты тогда напугала бабушку и сестёр. — И погладил её по голове. — А тебе эту злюку тренировать ещё рано, можешь напугать очень и очень многих людей. Помнишь, как ты в прошлый свой визит за шторой пряталась?
— Помню, — закивала она. — А ночью было ещё страшнее.
— Вот-вот, Лизонька, — начал я назидательно, — тебе этот прием пока тренировать не стоит, мы его с тобой начнём изучать, когда подрастёшь. Договорились?
— Договорились, братик, — и тон Елизаветы изменился на заговорщицкий, — мне вчера Машка с Варей сказали, что едут сегодня на какой-то турнир по бильярду с твоим участием. Возьми меня с собой? — она подскочила и обняла меня. — Ну пожалуйста!
— Этот вопрос решай с папой, — улыбнулся я и опять погладил сестренку по голове. — Он на этот турнир тоже собирается.
— Папа! — Девочка потеряла ко мне всякий интерес и унеслась в сторону ванной комнаты. — Папа!..
Вздохнув с облегчением, решил отправиться в свои покои, в которых сходу нарвался на расхаживающую по гостиной в одном полотенце Викторию.
— Почему дома не ночевал, Романов? — Она уставилась на меня прищуренными глазами. — Быстро говори, где шлялся, подлец?