— Помню, помню, — киваю. — Спасибо, очень ценю.
— Как тебе? — спрашиваю Алёну, когда мы отходим от таверны.
— Очень интересно, — отвечает девушка.
Вижу, как она всё время наблюдает за нашим общением с Мухой.
— Я немного грущу, потому что не могу вспомнить вкусы этих блюд, — делится своими эмоциями Алёна. — Не чувствую их, но очень стараюсь понять. Да и энергия на вкус совершенно разная. Милый Виктор, ты знал?
— Да ну, откуда? — смеюсь такому открытию.
Девушка тоже грустно улыбается и продолжает:
— Может быть, Андрей прав, и те ограничения, что у меня сейчас есть, — тоже имеют свои хорошие стороны, — начинает сомневаться Алёна. — В общем, я пока не знаю, что делать.
Она делает шаг в тень и исчезает. Браслет слегка вибрирует. Моральные скитания нежити можно понять. Она только что вспомнила, кем была. Понемногу разрешает себе чувствовать этот мир. Лезть не хочется.
Садимся на байк. Феи с довольными лицами устраиваются спереди. Феофан догрызает кусок пирога, утянутый со стола.
— Ну что, Андрей, попробуем договориться в порту по поводу дирижабля, — предлагаю.
Байк добрасывает нас до порта за считаные минуты — Крайний всё-таки в разы меньше столицы. Оставляем байк возле дирижабля Беннинга, который начинает готовиться к отлёту. Идём в портовое управление, где успеваем застать чиновника.
— У нас обед! — сообщает мужик и демонстративно отодвигает вещи на столе. — Но у вас еще есть буквально полчаса.
Повезло, что уж тут сказать.
Организация рейсового дирижабля в столицу занимает меньше получаса. На самом деле, могло бы быть и хуже. Но как только я показываю Андрею королевский перстень, обязательство по оплате сразу настраивает чиновника на деловой лад.
— Вспомнил! Есть у нас грузовик. Идеально вам подойдет, — отзывается чиновник, поправляя очки.
Получается, к завтрашнему дню в столицу приедут первые поставки гидрятины, а всё остальное будет доставлено полностью зафрахтованным дирижаблем.
— А дирижабль? — спрашивает иллитид.
— Будет-будет, вы не волнуйтесь, — уверенно кивает мужик.
— Точно? — Андрей постоянно переспрашивает, но видно, что к концу разговора с чиновником, сам начинает понимать, что и зачем нужно в разговоре.
В поселении у них с договоренностями куда проще: Михай сказал — все выполнили. А на охоте слушают Андрее — ему виднее. В разговоре с чиновником иллитид познает искусство переговоров во всей красе. Он сам договаривается до конечного результата и выгодных условий.
Наблюдать за Андреем — одно удовольствие. Постепенно он все больше становится человеком. Его возможность залезать в мысли, конечно, нехило помогает ему ориентироваться. Только он нечасто прибегает именно к ней. Все больше отслеживает эмоции и реакции собеседника, чтобы точно знать, когда он лукавит, а когда говорит правду. Это огромный бонус в переговорах.