Я не выдерживаю и реву, царая когтями камень.
Такое ощущение, что тот, кто пытается контролировать меня, совсем рядом.
Изо всех сил хватаюсь за красную нить, которая связывает меня с Ирен. Которая помогла мне удержать себя в руках в прошлый раз и которая, я надеюсь, сможет помочь мне и в этот.
Вот только…
Как только я хватаюсь за нее, то понимаю страшную вещь.
Ирен снова грозит опасность.
И далеко не такая, как раньше.
На тот раз над ней нависла угроза в разы более ужасная и смертоносная.
Я даже не знаю получится ли у меня помочь.
В тоже время совсем рядом с собой я чувствую концентрацию оскверненной крови.
Драконоборцы?
Нет, больше похоже, что Теодор пришел в себя и снова что-то готовит. Только, на этот раз он уже не выпустит нас из своей хватки живыми.
– Чего ты ждешь?! – ревет над самым ухом Ортега, – Спаси ее! Здесь я разберусь сам!
Его окрик действует как удар. Сильный, хлесткий, приводящий в чувство.
Я моментально срываюсь с места, несясь туда, откуда ощущение опасности чувствуется острее всего.
– Не помри, Ортега! – рычу ему я, – Ненавижу оставаться в долгу!
– Не дождешься! – ревет он в ответ, – У меня к тебе тоже есть претензии, которые я хочу решить!
Лечу на пределе своих сил.
Только бы успеть!
Одна только мысль о том, что я могу навсегда потерять Ирн, заставляет мое сердце заходиться такой болью, которая не идет ни в какое сравнение с болью от фальшивых воспоминаний.
Мои глаза до сих пор ничего не видят, кроме лживых образов, поэтому я ориентируюсь только на чувства. Уже на излете, я ощущаю как помимо Ирен здесь появился кто-то еще. Кто-то, кого я еще недавно считал дорогим для себя.
Но разве такое возможно, если Ирен для меня самое ценное?
Не знаю…
Да и время ли думать об этом прямо сейчас?!
Среди беспросветной темноты я с легкостью нахожу самую яркую пульсирующую точку, при взгляде на которую у меня в груди все отзывается теплом и безмятежность.
Сразу же понимаю – это она.
Опускаюсь прямо перед ней и в этот момент…
Что-то невероятно сильное и свирепое врезается в мое тело, скручивая его и опрокидывая на землю. Оно и так изранено, ослаблено проклятием и ядами, поэтому не удивительно, что меня разрывает просто невероятная боль. Она пронизывает каждую клеточку тела.
Но возможно именно из-за этого, с глаз спадает темная пелена, отступают фальшивые воспоминания, и я снова вижу мир таким, каков он есть.
Уже заваливаясь на спину, замечаю стоящую перед собой Долорес. У нее на лице застывает гримаса злобы и разочарования. А в руках посох, похожий на… дьявол, да это же все та же Ярость Скверны!