Немного поэтично, но в этом вся Диана. Девушка, которую стоило ждать.
***
Он будет смотреть на нее украдкой
И воровать поцелуи тайно.
Он будет медленно и аккуратно,
Касаться кожи, будто случайно.
Он будет бережно и терпимо,
Ее любить до мурашек и дрожи.
А еще ждать, когда прошлое схлынет,
Пройдясь последним ознобом по коже.
Тогда он встанет пред ней. Защитник.
Желая быть кем-то большим отныне.
И никогда ее не отпустит,
Превознося их любовь к вершине.
У меня было столько идей, которые пришлось оставить до момента, когда она начнет ходить. Я вспомнил все ее мечты в наших разговорах. Господи, я так много хотел ей дать, так много восполнить за все годы, что мы дарили себя другим людям.
Она выглядела красиво. Без шикарного платья или прически. Даже если бы сейчас она была в том спортивном трико, я бы счел эту женщину самой шикарной в этом ресторане.
– Здесь так красиво, – она говорила шепотом, словно боялась выразить свое восхищение.
– А вкусно тоже.
– Значит, ты бывал уже тут?
– Я люблю макароны, это не изменилось с годами.
Она рассмеялась и тут же прикрыла рот.
– Я чувствую себя неловко.
– Не стоит. Эти люди пришли на бизнес-ланч, а стоит посмотреть на них после шести, они уже будут не такими утонченными, поверь.
– А ты знаток.
– Нет. Я просто знаю. Выбирай что хочешь.
– Ладно. Но чтобы ты знал, я люблю вкусно поесть, – сказала и скрылась за меню.
– Это твой день, – ее глаза выглянули из-за края коричневой папки и озорно блеснули.
– Нельзя говорить такое женщине, если не готов к последствиям.
– О поверь, я к ним более чем готов.
Это была правда. Я желал этого дня с момента, как она появилась в клинике. Потому что помнил про день рождения, помнил все, что связано с ней. Порой я думаю, что я просто сумасшедший, но потом, взглянув на нее, понимаю, что никто не смог бы устоять перед ней.
После выбора нескольких блюд мы попросили чай с малиной и имбирем.
– Итак, что ты задумал?
Пока она говорила, я следил за ее губами и мысленно их целовал. Вспоминая их сладость и мягкость. Этого не было в моих планах сегодня. Я просто ощутил момент, касаясь ее кожи. Просто мгновение и уже не мог остановиться.
– Э-эй, – она смотрела с улыбкой, а щеки сияли румянцем, будто она точно знала, о чем я думал.
– Что? Что задумал? Эм… Ну, я бы хотел отвезти тебя на самые лучшие карусели назло всем, кто не пускал нас тогда покататься и постоянно требовали билеты. Черт возьми, мы были детдомовскими детьми, откуда у нас деньги на аттракционы?
– Боже, а помнишь того дедушку с колеса обозрения?
– Он был единственным, кто позволял нам приходить и кататься там.