Анне Николаевне Каспаровой, это её рык сейчас раздался, всего двадцать три года. На два года младше меня нынешнего и на три меня прошлого. Училась в элитной школе, потом в МГУ, но повадки как у базарной хабалки. У нас девчонки, которые промышляли рядом с заправкой на выезде из города, скрашивая тяготы путешествия дальнобойщикам, в сто раз больше моей, теперь уже моей, начальницы имели такта и воспитанности.
Вроде не дура, но оценить сложно. Она мало чем занимается лично. Ну, ей можно. Анна Николаевна родная племянница одного из пяти совладельцев всего Инвест-гамма и дочь генерального директора «Инвест-гамма перевозки», транспортной фирмы, входящей в холдинг. Год ошивалась где-то в плановом отделе, а два месяца назад назначена сюда руководить группой. Думаю, ненадолго здесь, ей лететь вверх по карьере как ракете с Байконура или Восточного. Тёзка с большой надеждой мечтал, чтобы это случилось как можно скорее.
Нет, она не только на него, теперь меня, так громко орёт. У нас на столах устроена селекторная связь, но Анна Николаевна предпочитает кричать на всё помещение. Зачем? Долбанутая, думаю, потому что. И ко всем по фамилиям обращается, даже к Петру Васильевичу, который старше её отца года на три-четыре.
И все терпят, и мой тёзка естественно терпел, и я тоже буду терпеть. Пока. Есть причина тому. В шоке, однако здесь реально платят безумные по моим меркам деньги, больше ста тысяч в месяц, и это не считая квартальных и годовых премий. Обалдеть, мне никогда не приходилось столько денег держать в руках, ну или получать на карту. Случались месяцы, когда у меня выходило без учёта здешних премий примерно столько же, только редко и никогда двумя перечислениями. Бугор, бывало, то тысячу отстегнёт, то десять, то пять, в зависимости от того, сколько и когда нам поступало от опекаемых мелких буржуев. А тут в начале и в середине месяца приходят без задержек.
Нет, братва постарше конечно лучше жила, но я-то был среди тех, кого пренебрежительно называют пехотой. Что ж, есть и огромные преимущества в моей новой жизни. И зарплата — не единственное из них. Так что, пока терпим и не отсвечиваем. Позже со всем разберёмся.
Ого, а я, получается, стал умнее и спокойней? Значит тёзка оставил мне не одни только знания, а ещё и часть своих взглядов на жизнь? Или полученные знания сами повлияли на изменение моих взглядов? Гадство, опять голову прострелило болью. Надеюсь, это скоро пройдёт. Да и так случается всё реже.
Я действительно изменился не только телом. Я-прежний сейчас бы точно этой припадочной в лоб дал, возможно ногой, а я нынешний робко протискиваюсь в дверь. В точности как сделал бы мой тёзка. Так-то наша группа делится на две примерно равные части, одна начальницу терпит и улыбается, другая при этом старается её ещё и облизывать. К чести предшественника он входил в первую категорию.