…они приехали за Викторией на роскошной карете, которую тащили два белоснежных коня. Элиза плакала и цеплялась за подругу, но взрослые были непреклонны.
«Ты моя дочь. И больше не должна общаться с этими… созданиями из трущоб,» – высокомерно заявил отец Виктории, который оказался из аристократов.
Сначала Вики украдкой выбегала к месту их встреч – в переулок за воротами её шикарного нового дома. Приносила еду и рассказывала о новой жизни, даже дарила книжки и показывала, как читать буквы. Она обещала, что уговорит отца, и Элизу обязательно возьмут в дом – да хоть бы и служанкой!
Но вот… Вики начала приходить всё реже. И однажды… вовсе не пришла.
Потом не пришла снова. И снова. И снова… А потом на месте встречи появился светловолосый мальчик с жёстким взглядом.
«Хватит здесь шнырять! Моя сестра не желает общаться с грязной безродной девкой, – сказал он. – Ещё раз покажешь нос, и тебя прогонят плетьми!»
На следующий день, когда Эли вновь пришла, он исполнил угрозу.
А Виктория так никогда и не появилась.
«Не смогла…» – подумала девочка, сидя у реки.
«Не хотела, – исправила её тень. – Возможность всегда можно сыскать. Ты бы на её месте обязательно нашла способ. Разве не так?».
Тень была права.
Девочка свесила голову на грудь.
А потом крепче стиснула яблоко, впиваясь ногтями в кожицу. И вдруг швырнула его в воду. Зло стёрла слёзы.
Клятвы. Обещания! Они ничего не стоят! Все предатели! Все!
Обида душила. Рвала на части.
Тень обняла малышку за плечи.
«Верь только мне, Элиза. Только я не предам. Только я всегда буду рядом… Я позабочусь о тебе. О нас. Всё изменю. Заставлю их пожалеть… Ты получишь всё, чего достойна… Просто прими меня в своё сердце», – нашёптывала она, прижимаясь ледяной щекой к плечу Эли.
Слова ядом проникали в кровь маленькой девочки…
Ей было так больно от предательства подруги, что она ничему не сопротивлялась. И сама не заметила, как холод тени полностью переместился внутрь её тела. Окутал разум плотной дымкой обиды и гнева. Вонзился в сердце ледяным осколком. Заговорил её ртом.
– Я достойна… – сказали губы маленькой девочки.
И растянулись в улыбке-оскале.
В речной воде мелькнуло отражение…
То было светлое лицо белокурой девочки, которая билась о водную гладь. Билась и кричала.
Дейвар
Волки притащили меня в свою темницу. Защёлкнули кандалы, прибили ладони к стене. И оставили одного.
Так прошёл день… два… три… год. Вечность. Я потерял счёт.
Тьма сжимала виски.
Холод проникал в кости.
Мышцы ныли так, словно в них впивались тысячи игл.
Пронзённые ладони онемели до бесчувствия.