Сонный товарищ, вывалившись на улицу, впал в минутный ступор и много раз мотал головой, пытаясь стряхнуть наваждение. Он даже щипал себя, видимо надеясь, что всё ещё спит.
— Это не сон, Вить, а обычная реальность, противная и опасная, — сказал я, сидящий с кружкой чая у ближайшего дерева. — Можешь задавать вопросы, если они есть.
Ещё три минуты прошли в тишине, Витя не сразу смог принять и обдумать случившееся. Первый вопрос прозвучал, когда он разглядел в одном из покойников Петровича:
— Он что, хотел продать нас?
Я кивнул:
— Ты движешься в правильном направлении.
— Как ты понял, Ермак? И почему я не слышал выстрелов? Ты что, убил их где-то далеко, а затем притащил сюда?
— Не, друган, убил я их совсем близко. А не слышал ты ничего из-за снотворного, которое было добавлено в чай. Что по части догадался — не догадывался, а узнал большую часть мыслей деда благодаря Рагхару. Перед тем как свалить, берсерк сказал мне быть на чеку и указал на Петровича. Дать подробности он не посчитал нужным, но и того, что дал, оказалось более чем достаточно. Кстати, по поводу Чаппеля можешь не беспокоится, свалил он из-за деда. Не знаю, что такого ему сказал старикашка, но напугался негр сильно.
— Да я и не беспокоился. — Витя, потеряв интерес к трупам и тоже решил испить чайку. Наполнив кружку, он присел рядом со мной и тихо сказал: — Чёрный, после того, как увидел урлоока, так и не пришёл в себя, как в трансе был. А после поездки на спине зверюги в компании Рагхара совсем в себя ушёл, что рыба молчал и даже есть почти перестал. Петровичу, если он знал английский, достаточно было сказать шоколадному, что сегодня ночью его сожрут, а затем указать направление для бегства. Наверное, всё так и было.
— Возможно. — Я похлопал Витю по плечу. — Нас, друг мой, в данный момент не это должно беспокоить. Дед наверняка был болтлив и совсем скоро кто надо узнает, что Ермаков пришёл спасать Росса. Неприятности неизбежны. Эх, Аркадий Петрович, ведь умный же был, но ум твой не в то русло тебя направил и вместо того, чтобы прожить интересную жизнь, он привёл к другому, короткому и закономерному итогу — смерти.
Витя впервые за всё время посмотрел на меня осуждающе. И пробормотал:
— А ведь ты мог сделать так, чтобы трупов было не шесть, а всего лишь один. Ты и вправду дурак, Ермков. Лечиться тебе надо…
— Насчёт дурака согласен. Но надо бы добавить ещё одно слово, я дурак наивный. До последнего надеялся, что дед одумается. Надежды, увы, не оправдались…
— Ты убил их ночью, а сейчас уже полдень, всё ещё не боишься, что по нашу душу кого-то отправили? — наверное уже в десятый раз поинтересовался Витя. — Мы слишком долго собираемся, поторопиться бы надо. Да и воняют уже трупы, вдруг кого-то из хищников привлекут, стрелять придётся.