— Сель, будь другом, проследи за этими двумя, — вздохнула я всё ещё улыбаясь.
— Надзиратель великовозрастной девицы и кухонной туповатой утвари, — раздалось недовольное фырканье с верхней полки. — Да чего докатилась… Как бы сказал классик: «О времена, о нравы!»
Сдержав смех, слушая ворчания своей любимой Айсель, погладила Игниса, который незаметно пробрался к руке и настойчиво ткнулся в неё мокрым носиком выпрашивая ласку. За прошедший год он хорошенько так вырос, обогнав в размерах Сель, на что та, как мне кажется, дулась чисто из природной вредности. Уже совсем не малыш обзавёлся более тёмной, почти рубиновой чешуёй и огненными прожилками на спине, но по-прежнему любил чихать искрами в самый неподходящий момент.
— Игнис, не смей, — строго выпалила я, заметив, как его носик заходил ходуном. — Запру ваши с Сель ягоды под сотню замков. Не помогут ни огонь, ни лёд.
Сощурив глаза, протянула угрожающе. Малыш обиженно фыркнул, но удержался, выпустив вместо огненного потока вместе с чихом лишь тонкую струйку дыма.
— Не сильно-то и хотелось, — буркнул он, вновь тыкаясь в мою руку.
Это выглядело очень мило, так же, как и год назад. Я улыбнулась, вспоминая тот день, когда мы с Арденом наконец пришли в себя после столкновения с божественной магией. Если честно, у меня до сих пор мурашки от тех незабываемых ощущений.
*****
Тогда, в спальне, где я очнулась, знакомо пахло травами, корицей и имбирём. Но к привычным запахам примешался и ещё один — терпкий, с нотками сандала, — почему-то именно он ощущался как нечто правильное. Так для меня с некоторых пор стал пахнуть дом и уют.
Открыв глаза, я первым делом увидела потолок. Беленький, родненький, с до боли знакомыми трещинками в углу и мятным пятном от нашего с Сель неудавшегося кулинарного эксперимента, который взорвался в самый неподходящий момент.
Вторым, что я увидела, повернув голову на раздавшийся радостный писк, были взволнованные, но тепло улыбающиеся лица наших с Арденом родителей и Али.
— Мои седые пряди будут сильно выделяться в чёрных волосах и их я тебе буду припоминать ещё очень… очень долго, — с показной строгостью и слезами радости на длинных ресницах, припечатала подруга. — До конца твоих и моих дней.
Я тогда тихо рассмеялась, готовая слушать причитания подруги хоть каждый день, главное, что я вернулась и вернулась не одна. Я чувствовала его всем своим естеством хотя так и не обернулась. Он сам притянул меня к себе, чем потревожил сон саламандрика, который как оказалось сладко дрых на подушке между нашими головами.
Тогда мы и узнали, точнее Сель поделилась своими выводами, что мелкого создала наша с Арденом магия в ту самую ночь. В ночь инициации, когда моя магия пробудилась от долгого сна и вырвалась сплошным неконтролируемым потоком сливаясь с драконьим огнём Ардена. Обе магии столкнулись, но вместо должного противостояния они слились воедино, став одним целым, что привело к огромному всплеску магического фона и, собственно, к появлению крошечного огненного комка. Правда появился он уже спустя несколько дней, и это нормально. Даже саламандры не формируются по щелчку пальцев. Но благодаря этому, мы и не догадывались о его существовании, вплоть до того момента, пока он сам не нашёл мой дом.